Bars

История кикбоксинга

Кикбоксинг представляет собой гармоничный сплав классического английского бокса и каратэ. Этот вид единоборств зародился в середине 70-х годов практически одновременно в США и Западной Европе. Чуть позже в кикбоксинг были добавлены элементы техники из таэквон-до и тайского бокса. С тех пор, кикбоксинг стал и до сего дня является тем боевым искусством, которое наиболее удачно объединило многовековые традиции и опыт Запада и Востока Ещё в античные времена самые, на тот момент, просвещённые греки практиковали очень жесткий вид единоборств, где удары наносились как руками, так и ногами, причем рукам отдавалось некоторое предпочтение. Если на руки накручивались ремни со свинцовыми прокладками, то ноги оставались босыми. В древней Голландии, во времена, описанные в романе о Тиле Уленшпигеле, не редкостью были приглашения своему сопернику помериться силами "в честной драке руками и ногами". Прошли века, и чопорные аристократы-англичане породили бокс, причём изначально не запрещалось наносить удары не только руками, но и ногами и даже головой. Бойцы дрались голыми кулаками, а перчатки использовали лишь на тренировках, что бы зря не калечить суставы. Но постепенно бокс трансформировался и изменялся, становился не таким кровавым и жестоким. Появился ринг (площадка для проведения боя), уменьшилось количество раундов (изначально число их превышало или ровнялось 30). И лишь в 1867 году английский бокс превратился в тот вид единоборств, который дожил до современного бокса почти без изменений, когда маркиз Квинсберри сделал боксёрские перчатки обязательным атрибутом поединка и ввёл другие правила, очень схожие с современными. Удары ногами были запрещены, как бесчестные, и с тех пор более в боксе не использовались. В то время, как в более демократичной Франции продолжали существовать такие виды единоборств, как саватт и шоссон, где удары ногами занимали своё почётное место. Каратэ вместе с другими трофеями импортировалось в Америку и Европу из побеждённой Японии после Второй моровой войны и в начале приживалось с переменным успехом.
Возможно, определённый толчком к большей популярности и развитию послужил выход на европейские экраны фильмов с участием Брюса Ли и возрастающая мода на всё восточное. И весной (в мае) 1974 года американцем М.Андерсеном и западноберлинским немцем Г. Брукером (Брюк-негом) был организован и проведён Первый европейский турнир по каратэ всех стилей и первая межконтинентальная встреча Европа-США, с участием 88 спортсменов - обладателей черных поясов. Примерно тогда же появился англоязычный термин "кикбоксинг", который можно перевести, как "бокс с пинками", так как было признано преимущество боксерских ударов руками над движениями рук в каратэ. В период с 1974 по 1985 кикбоксинг начал стремительно развиваться в Европе и Америке. Турниры и Чемпионаты были проведены в Западном Берлине, Лос-Анджелесе, Париже, Милане, Лондоне, Мюнхене, Будапеште, Гарце и многих других городах Италии, Австрии, Германии, Англии, Испании, Америки. С 1985 года берёт начало и женский кикбоксинг
Бурный рост и возрастающая популярность породили своих кумиров. Таких как Бенни "Реактивный" Уркидес, Билл "Супер фут" Уоллес, Доминик Валера, Дон "Дракон" Уилсон, а имена Чака Нориса и Брюса Ли стали известными всему миру. В Советском Союзе первая общественная организация кикбоксинга была организованна только в сентябре 1989 года в Киеве, и лишь в 1990году произошло официальное признание Госкомспортом СССР кикбоксинга, как вида спорта, создание Всесоюзной Федерации кикбоксинга и вступление её во Всемирную ассоциацию кикбоксёрских организаций (ВАКО), а так же в ИСКА и ПКО. В 90-х годах множество мировых, европейских Чемпионатов и турниров проходит уже в Португалии, Югославии, Болгарии, Турции, Греции, Украине, Прибалтике, России. На сегодняшний день в мире существует множество федераций кикбоксинга, культивирующих как любительский, так и профессиональный кикбоксинг. Наиболее популярные в Мире и России - ВАКО, ИСКА, АЯКСА, ВПКА, ПКО. Одна только ВАКО объединяет более 50 Федераций различных стран, всех континентов и ставится задача добиться включения кикбоксинга в число олимпийских видов спорта в самое ближайшее время.

Bars

Великие бойци.
Стивен Сигал
СТИВЕН СИГАЛ родился 10 апреля 1951 года. Ему прекрасно давались науки (Сигал имеет несколько высших образований), тем не менее, Сигал всегда мечтал изучать боевые искусства. Но он не стал записываться в мест ный клуб единоборств (которые, как мы знаем, в те годы открывались в США «на каждом шагу»), а поехал в Японию! Там с большим трудом ему удалое попасть в школу айкидо (ходит легенда, что Сигал и женился в первый раз, на Миако Фуджитани, лишь из-за того, что она была дочерью владельца это школы). Через несколько лет жесточайших тренировок Стивен становится признанным мастером и принимает решение вернуться в Америку. Кстати, западных средствах массовой информации постоянно муссируются слухи связях Сигала с ЦРУ (о том, что он в качестве спецагента, участвовал в б op ьбе с японской мафией — «якудза»; о том, что он был телохранителем у прези дента одной из африканских стран и так далее). Сам Стивен не подтверждал, но и не опровергает все эти сообщения. Хотя «злые языки» утверждают, буд то Сигал и является автором всех подобных слухов о себе и что подобным o б разом он лишь «подогревает» интерес публики к своей персоне.

По возвращению в Соединенные Штаты, Стивен открывает собственны центр боевых искусств в Западном Голливуде. Достаточно быстро его цент приобрел популярность у актеров и людей связанных с кинобизнесом.

В 1982 году, Сигал ставит все «единоборческие» сцены в фильме «Вызов: и знакомится в Майклом Овитцем (преуспевающим актерским агентом Именно Овитц и устраивает Сигалу просмотр у президента знаменитой ком пании «Ворнер Бразерс» Терри Семела. Приемы айкидо, которые демонстрировал Стивен, показались президенту Семелу настолько необычными и интересными, что уже через несколько недель новичку был предложен сценарий фильма «Над законом». С этого момента Стивен Сигал превратился в Нико — бесстрашного супергероя, ветерана войны во Вьетнаме и борца за справедли вость. Эта картина вышла в 1988 году (вместе с Сигалом в ней играла Ilbpoi Стоун) и собрала хорошую кассу. Сигал продолжил сотрудничество с Овитцем, вследствии чего появилось несколько фильмов (в том числе «Смерти вопреки»), где Стивен вновь и вновь представал перед зрителями в образе Ник(наши видепираты только так и переводили названия всех его картин: «Нико 1», «Нико 2» и так далее, хотя в каждой роли у актера было новое имя).

В 1992 году на экраны выходит «В осаде» и Стивен Сигал становится на стоящей кинозвездой. Этот фильм принес больше 80 миллионов долларов прибыли. Кроме Сигала в нем участвовали Томми Ли Джонс и Гэри Бьюзи. История о корабельном коке, который в одиночку противостоит целой армии вооруженных преступников, получила свое продолжение и в 1995 году вышла картина «В осаде 2: Темная территория». Стивен Сигал наконец-то начал по лучать многомиллионные гонорары, а десятки тысяч подростков потянулись в секции айкидо (чтобы стать похожими на своего кумира).

Сегодня Сигал не только актер, но и сценарист, режиссер, постановщик трюков, а также исполнитель собственных песен! В рамках рекламной ком пании его нового фильма « Faire down below », с большим успехом прошли сольные концерты Сигала (кстати, он не только пел, но и играл на гитаре).

Bars

Дольф Лунгрен
ДОЛЬФ ЛУНДГРЕН (настоящее имя Ханс Лундгрен). Родился 3 ноября 1959 года в пригороде Стокгольма.

Ханс быстро вытянулся, но был худощавым и болезненным: его мучили ал* лергические заболевания. Многих аналогичная ситуация в детстве толкала на путь сурового преодоления своих слабостей. Однако Ханс не был достаточно уверен в себе, боялся насмешек и не решался выставить напоказ свое хилое тело даже в школьном спортзале — благо врачи охотно освобождали его от физических нагрузок.

Но как-то раз на глаза ему попалась книга о каратэ, и подросток буквально проглотил ее. Экзотические восточные семена упали на благодатную почву: каратэ показалось парнишке самым мужественным видом спорта и он свято уверовал, что каратисты — это супермены, которым не страшен никто на свете. Ханс обрел свой идеал, придумал себе псевдоним «Дольф» и стал сам себе врачом. «Построение себя» Дольф начал с того, что пересмотрел великое мно жество кинокартин с Брюсом Ли и другими японскими и китайскими масте рами. Успехи малорослых и небогатырского вида азиатов так воодушевили его, что в 1975 году, поборов ложную стыдливость, он пришел тренироваться в Стокгольмский Каратэ Кай, где руководил британский тренер Брайан Фит кин. Симпатии Дольфа привлек стиль кекусинкай, созданный мастером Масутацу Ояма — жесткое контактное каратэ. «Я никогда не был жестоким,— рас* сказывал об этом времени Дольф — но контактный поединок помог мне само* утвердиться. Били меня, бил я — и мне это нравилось. Занимался я как одержимый: сотнями колол кирпичи и доски, на улицах постоянно ввязывался в драки, а на тренировки приходил, предварительно размявшись, чтобы сразу кинуться в спарринг».

Одна крайность сменила другую. Тогда Дольф еще не понимал, что каратэ — это не только мощная система самозащиты, но и особая философия, целостный образ жизни. Он больше полагался на мощь удара, быстроту передви жений и точность приема. Но и этот путь, прямолинейный и грубоватый, при нес свои плоды: вместе с силой и весом рос и боевой опыт, и в 1977 году Дольф выиграл шведский чемпионат тяжеловесов. Потом он удерживал этот титул три года подряд, заставив многих запомнить свое имя: Дольф Лундгрен.

Двумя годами позже Дольф, уже закаленный боец, включился в оямовские «битвы до нокдауна», где фул-контакт разрешался в любую часть тела, кроме головы, и не применялось никакое защитное оборудование. Мощным тараном Лундгрен прошел через ряд состязаний и добрался до финала Открытого все- японского чемпионата Оямы в Токио. Поединок за высшее звание был тяжелым — судьям пришлось дважды давать дополнительное время, и только после этого Лундгрен проиграл по очкам абсолютному чемпиону Мокого Накамуре. Его успехи изумил многих знатоков — в то время Дольф обладал всего лишь зеленым поясом! В следующем году тяжеловес Дольф, выступая на ев ропейском чемпионате, по полноконтактным правилам привел к победе швед скую команду кекусинкай. А еще год спустя он повторил свой успех.

В том же 1981 году Дольф, наконец, получил свой многократно заслужен ный и выстраданный в боях черный пояс.

После окончания Королевского технологического института в Стокгольме Лундгрен с год проучился в Австралии в университете города Сидней, специа лизируясь в области химического машиностроения. Занятия каратэ тоже про должались довольно успешно: варяг Лундгрен убедительно выиграл Всеавст ралийский открытый чемпионат по каратэ.

Могучую фигуру чемпиона заметила и по достоинству оценила известная эстрадная певица Грейс Джонс.

Вот это парень! — просто и энергично выразилась королева диско и с ходу предложила Лундгрену быть ее личным телохранителем во время австралийского турне. Дольф с невозмутимостью супермена принял ее предложение не ведая, что именно с этого шага и начнется его стремительное восхождение на новый Олимп — кинематографический.

Продолжение истории стало достоянием общественности и принесло Дольфу экстравагантную известность. Любовные отношения хладнокровного шведа и знойной негритянки не только привлекли внимание средств информа ции, но и открыли Лунгрену двери к сиятельной голливудской команде и нуж ным людям. Он дебютировал в 1985 году в джеймс-бондовской ленте «Вид на убийство». В ней Джонс выступала в роли телохранительницы главного зло дея. Эпизодическую роль Дольфа тогда практически никто не заметил, и золо той дождь с небес не обрушился на чемпиона.

Массачусетский технологический колледж предложил ему стипендию, и Дольф перебрался в Бостон, но проучился там недолго: могучий швед уже понял, что прямоугольник экрана влечет его не меньше, чем квадрат татами. Пе реехав в Нью-Йорк, Лундгрен записался в актерский класс — там у них это просто — и так ушел в учебу «на артиста», что даже оставил участие в сорев нованиях. Но тренировок Дольф не бросал, стараясь держаться в форме.

И когда неутомимому Рокки Бальбоа в четвертом выпуске сериала «Рокки» потребовался новый и ужасный противник. Сильвестр Сталлоне остановил свой выбор на Лундгрене: скандинавский облик могучего шведа вполне соот ветствовал американским представлениям о «русском медведе». Каратэ на время уступило место боксу: Дольфу предстояло исполнить роль советского боксера Ивана Драго, в для этого требовалось освоить вид спорта, который прежде Лундгрен знал лишь «вприглядку». Впрочем, и сам Сталлоне боксе* ром был только на съемочной площадке, предпочитая «качаться железом». Поэтому для большого контраста с героем Дольфу, перед началом съемок, пришлось всерьез заняться бодибилдингом и «построить» такое тело, которое играло как бы само по себе — ведь на особые актерские таланты новичка ни* кто, собственно, и не рассчитывал. Огромный мускулистый парень ростом 193 см и весом за сто килограммов произнес в фильме всего пяток фраз, после че* го злые на язык критики окрестили его «тупым Лундгреном». Чтобы «оправдаться» в глазах публики, после «Рокки-4» Лундгрен переметнулся в лагерь «хороших парней». Начав в 1988 году фантастическим и могучим Химэном во «Властелинах Вселенной», через год он стал «Красным скорпионом» — снова русским, на сей раз уже офицером спецназа, затем справедливым полицейским — «Карателем» (более известным как «Палач»). А в «Ангеле тьмы» Дольф в качестве полицейского противостоял межпланетному торговцу наркотиками.

Фильмы особым разнообразием не блистали, и вместо качественного роста герой-одиночка только увеличивал список своих подвигов. Так, в «Красном скорпионе» Лундгрен поднимает на борьбу с бывшими своими «красными» хозяевами чуть ли не всю черную Африку. В «Карателе» одной мафии уже яв но недостаточно, чтобы одолеть одинокого Дольфа, поэтому его герой воюет сразу с двумя — японской и итальянской. А в «Ангеле тьмы» герою-полицейскому Лундгрена уже тесновата планета. Злодеи неизменно проигрывали, а в выигрыше оставался зритель — и вместе с ним Дольф, в очередной раз продемонстрировавший свои великолепные внешние данные: национальную не возмутимость, высокий рост и атлетическое сложение, сформированное кара тэ и бодибилдингом.

До «Рокки» бодибилдингом я занимался мало, — признается Дольф, — в основном в процессе подготовки к соревнованиям. В кекусинкай бьют в пол ную силу, и надо так подготовить тело, чтобы оно не чувствовало ударов. Те перь я стараюсь комбинировать два эти главных увлечения. Но я не стремлюсь стать горой мускулов, потому что тогда я не смогу наносить резкие удары и быстро перемещаться.

Нельзя, однако сказать, что на экране Лундгрен сражался уж очень виртуозно и изощренно. Восточные мастера приучили нас к иной динамике и эстетике экранного боя. Лундгрен же идет не столько от сложившейся традиции, сколько от практического смысла действия — суровая школа фул-контакта отучила его финтить понапрасну. Но когда это необходимо, герой Дольфа спо собен без поддавков и в одиночку справиться хоть с целой школой японского кэндо, как это происходит в «Карателе».

Конечно, мне нравится наносить высокие удары ногами, валить против ников приемами каратэ, — говорил Дольф, — но мне кажется, что просто де монстрация физической мощи смотрится не хуже, особенно когда ее демонст рирует такой здоровый парень как я.

В 1992 году Дольф снялся в двух очень мощных боевиках: «Разборка в Ма леньком Токио» (с Брэндоном Ли) и «Универсальный солдат» (с Жан-Клодом Ван Даммом). Что же касается критиков, то они оценили работу Лундгрена в картине «Дымовая завеса», где он пытался играть не столько телом, сколько лицом.

Далее в карьере Дольфа наступила «черная полоса». Несколько фильмов подряд, где он выступал в главной роли («Дерево Джошуа», «Пентатлон» и «Мужчины Войны»), провалились в прокате. Поклонники Лундгрена были разочарованы — от его огромной мышечной массы не осталось и следа. Дольф сделал соответствующие выводы и в 1995 году вернулся в образе непобедимого бойца – атлета в фильме «Стрелок», где его герой — агент ЦРУ — ка*ждую минуту экранного времени «мочил» предателей родины, заливая искус* ственной кровью пражские мостовые (так как часть сцен снималась в Чехо словакии). А участие в супербоевике «Под прицелом» вновь утвердило Доль фа Лундгрена в амплуа «звезды фильмов действия».

Bars

Дон Уилсон
ДОН УИЛСОН, по прозвищу «Дракон».СТАР – Система Организации Кик боксинга однажды назвала его «лучшим кикбоксером в истории». Плюс к этому Дон «Дракон» Уилсон снялся уже в двух десятках фильмов (в их числе «Черный пояс», «Электронные бойцы», «Ночной охотник» и серия «Кровавый кулак»).

Получающий за свои боевики гонорары, измеряющиеся шестизначными цифрами, Уилсон, в прошлом бесспорный чемпион мира по кикбоксингу в среднем весе, в настоящий момент является одной из главных знаменитостей в шоу-бизнесе, связанном с боевыми искусствами. Контракты, заключенные на протяжении 1997 года, являются, безусловно, лишь началом «драконьей» карьеры, так как сейчас Дон работает с легендарным кинопродюсером Роджером Корманом (который, в свое время, привел к успеху Ван Дамма).

Несмотря на свои успехи, с наибольшей теплотой Уилсон вспоминает те дни, когда занимался кикбоксингом. «Я был влюблен в этот спорт и только могу надеяться, что дал ему столько же, сколько он дал мне» — говорит Дон. Так же он любит шутить, что кикбоксинг был единственным видом спорта, кото рый давал ему возможность «проложить себе дорогу в богадельню».

Существенным отличием, противопоставляющим Уилсона большинству его коллег, являлась его способность наносить сокрушительные удары ногами на протяжении многих раундов. От его «фирменного» удара ногой сбоку до удара голенью и кругового удара — Дон наносил около 20 ударов в течение одного раунда. В то время, как его противники за этот же срок проводили (в лучшем случае) семь или восемь ударов.

«Ключом к этому явились тренировки,— утверждает Уилсон,— Мои занятия были направлены на то, чтобы заставить мои ноги прыгать все двенадцать раундов».

Для приобретения этой супер формы Уилсон практиковал свою методику «тренировки железного человека».

«Я хотел научиться наносить удары так же легко, как танцевать,— говорит Уилсон.— И для этого мне были необходимы сила, скорость, гибкость и выносливость».

В качестве первого этапа «тренировки железного человека» Уилсон прак тиковал час энергичных занятий на велотренажере.

«Это накачало мои бедра и великолепно сказалось на моем ударе сбоку»,— говорит он.

Вторым этапом тренировки стала напряженная тренировка в беге, в кото рой спринтерские короткие забеги перемежались с забегами на длинные дис танции.

Третьей частью были безостановочные 45-минутные упражнения со ска калкой.

После этого Уилсон нырял в бассейн и начинал отрабатывать технику уда ров ногами, используя для большего сопротивления воду.

«Я заходил в воду по плечи и начинал отрабатывать удары в воде,— говорит Уилсон.— Это позволило мне безопасным образом растянуть, сгладить и укрепить мускулы ног. Я также пытался нанести удар над водой, значительно увеличивая при этом скорость движения в тот момент, когда моя нога разры вала поверхность воды».

При помощи таких интенсивных тренировок Уилсон добился столь значи тельного преимущества над соперниками.

«Моей целью было никогда не уставать во время поединка,— говорит Уил сон.—Я знал, что если я смогу на протяжении 12 раундов наносить противни ку удары ногами, у меня будут великолепные шансы на победу через нокаут или по очкам».

В дополнение к своим «тренировкам железного человека» Уилсон также совершенствовал свои навыки бокса и кикбоксинга.

Хотя Уилсон и тренировался крайне напряженно, он внимательно следил за тем чтобы не переутомляться. «Я всегда прислушивался к моему телу,— заявляет Уилсон, обладатель десяти мировых титулов в трех весовых категори ях.— Если я чувствовал, что очень устал, я давал себе передохнуть. Если же мне случалось повредить какую либо часть тела, то я разрабатывал другие группы мышц до тех пор, пока повреждение не заживало».

Несмотря на то, что кинокарьера отнимает у него много времени, Уилсон не прекращает своих изнурительных тренировок.

«Я не могу уделять им столько времени, сколько мне бы хотелось,— при знает Уилсон, — но время от времени я по-прежнему тренируюсь так, как ес ли бы готовился к бою. Мне нравится чувство концентрации, которое мне дос тавляют физические упражнения, как на ринге, так и вне его».

Уилсон также признает, что не может отбросить идею возвращения в спорт.

«Иногда желание настолько сильно, что мне хочется выскочить на ринг прямо в смокинге и самому сразиться с некоторыми из этих ребят, — говорит он. Уилсон на секунду умолкает, а потом смеется.— Но, черт возьми, моя под руга, мой агент и менеджер убили бы меня на месте, а этим троим я не сопер ник. Жизнь идет, и я должен признать, что сейчас моя жизнь очень хороша».

Bars

Чак Норрис
ЧАК НОРРИС (настоящее имя Карлос Рей Норрис) родился в 1939 году в городе Райан, штат Оклахома. Многократный чемпион мира по каратэ, звезда десятков кинофильмов и суперпопулярного телесериала «Уокер, техасский рейнджер» (где, кстати, Чак является и продюсером, и автором всей музыки).

В 1982 году, в Нью-Йорке, вышла книга «Секрет внутренней силы», в которой Норрис подробно описывает важнейшие события своей жизни ( спортивная карьера, дружба со знаменитым Брюсом Ли и многое другое). Вот фрагменты воспоминаний Чака: «Все мы в детстве любим мечтать. С годами мечты ли6 o осуществляются — хотя бы отчасти, либо уступают место приземленным, скажем так, желаниям. Мы перестаем заглядывать за горизонты, довольствуясь заботами на завтрашний день. Но есть люди, которые и в зрелые годы остаются неисправимыми мечтателями. Это — профессиональные спортсмены. И мечтают они чаще всего о том, как когда-нибудь войдут с парадного входа в сказочную жизнь, ибо и самые великие «профи» — это, в сущности, большие дети. В детстве я тоже мечтал. Очень хотелось стать полицейским. Но и окончив школу, не слишком приблизился к заветной цели — чересчур был для этого молод. Самым верным, кратчайшим путем к ней была армейская служба. И не где-нибудь, а в самой «ЭМ-ПИ», в военной полиции — там дают и отличную закалку, и главные практические навыки. И вот в августе 1958 года меня направили служить на военно-воздушную базу в Техасе, там, кстати, и явилось у меня прозвище, ставшее затем псевдонимом. Товарищ по казарме как-то спросил, какому английскому имени соответствует мое испанское — Карлос. «Чарльз» — ответил я. «Ладно, давай по-простому — наречем тебя Чаком. Идет?..». Так и приклеилось это прозвище, хотя и домашние, и старые друзья зовут меня, как и прежде, Карлосом.

Прошло не так много времени и меня перевели в Южную Корею. Служба там была — как бы это выразиться — практически никакой. Все свободное время, а у нас его оказывалось предостаточно, мы вольны были заниматься чем угодно. Можно было стать заядлым картежником, удариться в пьянство, просто слоняться без дела по казарме или заняться самообразованием. Но то ли я был еще молод и неумен, чтобы засесть за книги. К питью и картам с детств a питал отвращение — отец был алкоголиком. Убивать попусту время мама еще в детстве отучила и меня, и моих братьев. Оставалось одно — увлечься спортом, хотя в школе я далеко не блистал: так, занимался немного гимнастикой, играл в бейсбол, в футбол. Вот и все, наверное. Правда в школьные годы я кое-что слышал об одном из видов восточных единоборств — дзюдо. Вот и вступил в армейский клуб дзюдоистов, так как считал, что знание приемов самообороны мне вовсе не повредит, тем более ко гда стану полицейским. И двух недель не прошло, как я сломал на трениров* ке руку. Наложили гипс, от службы, конечно, на время отстранили. Вот и стал я бродить день-деньской по улицам расположенной неподалеку небольшой деревушки. Однажды, плетясь своим обычным маршрутом, я вдруг услышал доносящиеся откуда-то с окраины странные гортанные звуки.

Там, за пригорком, несколько корейцев в белых кимоно боролись друг с другом. Но как! Они демонстрировали при этом эффектнейшие позы, удары ногами. До сих пор мне и в голову не приходило, что человек способен на та кое.

Уже на базе мистер Ан — наш инструктор по дзюдо — пояснил, что мне довелось увидеть фрагменты тэнг су до — корейского варианта каратэ. Но и каратэ для меня в ту пору было не более как исполненным непонятного смысла звуком. Зато стало интересно,— а что, если попробовать разучить эти уда ры, пока рука еще не зажила?

В те годы американцев редко брали в обучение восточным боевым искус* ствам — в Корее считалось, что мы в принципе по складу характера, по миро воззрению абсолютно для этого не подходим. Но мистер Ан сам был из этих мест, и его рекомендация мне помогла.

Занятия проходили на утрамбованной земляной площадке, огороженной бамбуком. В нашу группу тэнг су до входили двадцать учеников, большинст во из них — корейцы, обладатели черного пояса. Поблажек мне никто не да вал — как и все, я занимался по пять часов в день, изо дня в день повторяя од ни и те же упражнения. Очень скоро выяснилось, что мне не хватает гибкости, неважно обстоят дела и с координацией. Занятия для меня стали сущим адом. Но, как ни странно, именно это обстоятельство и предопределило будущие мои успехи. Став тренером, я всегда предпочитал набирать в ученики ребят, не только ничем среди сверстников не выделяющихся, но внешне проигры вающих им — ни мускулов, ни осанки. Вот такие ребята — особенно если подбодрить их, поддержать доверием — такие полны решимости работать. Ре бята, одаренные от природы, как правило, слабохарактерны, ленивы и, глав ное, часто оказываются просто неспособными поставить перед собой задачу, которую придется выполнять потом всю жизнь. Такая задача пугает их своей сложностью. Другое дело — легко достижимый успех, громкая слава, а там — будь что будет. Но именно в таком случае «там» уже ничего не будет. Как им это втолковать?

Рука зажила. Среди работавших в нашей группе «черных поясов» оказались знатоки каратэ. Они показали мне, что это такое я с головой ушел в занятия. Стал тренироваться без выходных — раньше позволял себе по воскресеньям расслабиться.

По вечерам тело болело так, что спать мог лишь лежа на спине. Сколько раз в голову приходила мысль: «Да брось ты, хватит так-то уж себя мучить!» Усилием воли я гнал ее, думая о другом: «Я должен, я просто обязан стать настоя щим каратистом. И тогда в жизни смогу преодолевать все — только тогда». В постижении искусства каратэ здорово помогло, что я буквально ежедневно, ежечасно заставлял себя делать как раз то, что давалось особенно трудно. Именно то, что делать хотелось меньше всего. А то и вовсе не хотелось.

Если бы дело было только в физическом самосовершенствовании, я бы, на верное, сдался — в конце концов победила бы скука. Но каратэ — это ведь еще и мировоззрение, покоящееся на прочных основах древних философских учений. Я окунулся в мир книг, мир познания.

Минуло немногим более семи лет. И свершилось то, о чем я в годы армейской службы и не мечтал. Я впервые стал чемпионом мира по каратэ. За один надцать часов провел тринадцать поединков, и все завершил досрочно, чистой победой. Вскоре после награждения напряжение спало. Мной овладело дикое желание: добраться до постели и спать, спать. Но когда я вышел из раздевал ки, меня ждал еще один «приз», во многом определивший дальнейшую мою судьбу. В подошедшем человеке я не сразу узнал Брюса Ли — настолько его появление, а главное — интерес к моей персоне были неожиданны.

Господи, сам Брюс Ли! Мне не раз доводилось бывать на его потрясающих показательных выступлениях, не единожды насладиться актерскими работа ми Брюса в телесериале «Зеленый шершень».

Тот вечер вовсе складывался неповторимо. Едва представившись друг дру гу, мы с головой окунулись в разговор о том, что же это такое — искусство боя Востока, о философских концепциях, лежащих в основе каждой из его школ... Не помню, как мы очутились в нашем отеле на этаже Брюса.

Перед глазами стрелки часов, показывающие без четверти двенадцать но чи. Но Брюс сказал — дескать, да что время, что усталость, много недосказа но, недоделано и, может быть, самое главное. Побросав свои вещи прямо в холле, мы тут же, на месте, демонстрируя приемы, рвались отстоять преимущество своих взглядов на стратегию и тактику боя. Когда я еще раз взглянул на часы, было семь утра.

Мы подружились. И потом часто встречались в доме Брюса Ли,— в Кал вер-сити, штат Калифорния. Точнее, не только в доме, а главным образом в са ду, ставшем его необычной творческой мастерской. Там повсюду — в самых неожиданных местах — нас поджидали и мук-джунги (манекены-тренажеры), и хитроумные системы подвесных спортивных снарядов, к которым надо еще продраться сквозь лес всевозможных боксерских груш...Поначалу для меня это было сродни «Дисней-ленду». Но затем стало еще одним серьезным уроком: истинное познание каратэ, как и других видов восточных единоборств, лучше всего достигается на фоне природы, и не столько даже на фоне — а в слиянии с ней.

В саду Брюс был неодолим — нигде и никогда больше мне не приходилось встречать столь искусного и стойкого бойца.

Родился Брюс Ли в Гонконге. Именно там он увлекся китайским боксом — винг-чун. Видимо, из-за этого он долгое время не придавал особого значения в каратэ высоким ударам. В «спаррингах», например, никогда не метил выше пояса соперника. Мне стоило немалых трудов убедить Брюса, что мастер каратэ должен уметь наносить удары в любую точку — даже если придется дотянуться до лба соперника, который выше тебя на голову. Брюс поддался на мои уговоры — и рьяно взялся за дело. Не прошло и года, как он стал вели ким мастером по части мощных, точных, молниеносных ударов. Как бы в об мен он преподал мне уроки сложнейших элементов кун-фу.

После таких тренировок мы частенько обедали в старом китайском кварта ле. Брюс очень любил дим-сум — это набор рыбных блюд с рисом, зеленым бамбуком и грибами. Он ловко управлялся при этом палочками для риса — мог, например, подбросить щепотку риса и поймать ее ими, не уронив ни еди ного зернышка. Любую жизненную ситуацию Брюс превращал в некий эле мент движения.

Брюсу казалось, что он живет спортом. Однако едва ли не с первой встречи мы сошлись во мнении, что каратист — настоящий каратист — не может замыкаться в избранном им виде борьбы, ему необходим поиск сопредельных ее духу увлечений... И Брюс стал брать уроки европейского бокса, включив некоторые удары в свои знаменитые «связки» — сложнейшие комбинации ударов.

Я долго познавал нравственную опору, которая не позволяет обретенной силе служить во зло. Тогда как Брюс, с молоком матери впитал эти уроки. Он и сына приучал к внимательному отношению к традициям.

Однажды вечером я заехал к Брюсу. Он лежал на ковре, а его сын Брендон устроился на отцовском животе. К ногам Брюса были привязаны диски — из тех, что «укладываются» на штанге, в руках он держал гантели. Брендон, судя по всему, ощущал себя лихим наездником, под аккомпанемент шумных вдохов и выдохов оседланного им «мустанга». А Брюс непрерывно совершал быстрые манипуляции с грузами, не забывая при этом поглядывать на экран телевизора. Понимаете?! Ведь вовсе не оттого, что там, на экране, происходило нечто, его интересующее, нет, Брюс просто осложнял очередную трениров ку. Думаю, попроси его жена разок вытереть посуду, он срочно научился бы при этом мастерским жонглировать тарелками — сугубо для координации движений рук и зрения.

Здесь, наверное, и коренилась его грядущая беда. Брюс просто не умел пе*реключаться на «холостые обороты». Ему не дано было искусство расслабле ния.

В 1968 году Брюса утвердили постановщиком трюков в фильме «Аварий ная команда». Он работал на съемках с Дином Мартином, Элком Соммером и Шароном Тейтом. Как-то в те дни он сказал мне: «Послушай, в фильме есть одна небольшая роль —молчаливого телохранителя: Соммер берет тебя. Это удача. К тому же ты сможешь кое-что еще и сказать. Правда, одну короткую фразу. Ну, как?» Я не возражал. Вскоре состоялся мой дебют в кино. Прошел он, к сожалению, не гладко. Как раз в те дни я должен был отстаивать титул чемпиона мира среди полупрофессионалов,— то есть тех любителей каратэ, что не прошли многолетней практики по системам, преподававшимся в буддийских монастырях Китая, Кореи и Японии, и дошедшим до наших дней практически в неизменном виде. Я снова стал первым, но какой ценой! На съемочную площадку пришлось явиться с таким синяком, что и видавшие ви ды гримеры схватились за голову. В порядок-то они меня привели, но ту са мую единственную фразу я так измучил, что ее собрались выбросить из филь* ма. Вдруг из-за софита явственно выкрутился кулак Брюса — ни с чьим другим его невозможно было перепутать. Словом, с текстом я кое-как справился, а «Аварийная команда»стала не худшим фильмом уходящего года.

Мое появление на экране совпало с тем, что американцы «открыли» для се бя каратэ. Любительские клубы росли, как грибы. Брюс не мог без волнения читать любую, даже самую простенькую газетную информацию о каком-ни*будь чемпионате местного значения — города или штата:

— Нет, ты только подумай, Чак! Ведь и наша с тобой заслуга, что каратэ всерьез завоевывает место под солнцем.

Через всю свою жизнь Брюс пронес убежденность в чуть ли не миссионерской роли этого вида спорта, твердо веря, что популяризация его в немалой мере будет способствовать смягчению нравов нашего общества.»

С легкой руки Брюса Ли фильмы-каратэ стали пользоваться в Америке все большей популярностью, а после его преждевременной смерти в этом жанре как бы образовался вакуум, который и предстояло заполнить Чаку Норрису.

За двадцать пять лет работы в кино Норрис снялся более чем в 55 фильмах. Одни из них — «Золотой храм» (1975 год), «Хорошие парни одеты в черное» (1978), «Разрушитель» (1976) — прошли почти незамеченными, другие — «Октагон» (1980), «Око за Око» (1981), «Одинокий волк Мак-Квейд» (1982 — именно тогда Чак впервые сыграл техасского рейнджера), «Пропавшие без вести на поле боя» (1984), «Операция Дельта» (1986) и многие другие — завоевали признание. Достаточно скромно оценивая свои актерские способности, Норрис прекрасно понимает, что во многом успех его картин зависит от того, насколько умело закручена интрига и динамично действие.

В это трудно поверить, но Чаку скоро исполнится шестьдесят лет! Тем не менее он в прекрасной форме. А говоря о своих ролях в кино, Норрис как-то заметил, что «в этой работе, как и во всякой другой, надо идти до конца и побеждать». Что ж, ему это удается на сто процентов!

Bars

Жан-Клод Ван Дамм
ЖАН-КЛОД ВАН ДАММ (настоящее имя Жан-Клод Ван Варенбург). Родился в Брюсселе, в 1962 году. Он был маленьким, тщедушным, болезненным и очень ранимым ребенком.

Жан-Клод начал заниматься каратэ и кикбоксингом с одиннадцати лет, в спорт его привел отец. Тренер Клод Гетц, увидев подростка, заявил: «Этот парень несомненно талантлив». После этого, ежедневно, Гетц внушал Жан-Кло ду, что он «обязательно должен стать чемпионом» и уделял ему больше внимания, чем остальным.

В 16 лет Жан-Клод выиграл свой первый турнир, что было довольно сложно, так как в те дни в европейском каратэ не существовало ни весовых, ни воз растных категорий, и ему пришлось провести несколько поединков против тридцатилетних мужчин чуть ли не вдвое тяжелее его. Тогда же, чтобы увеличить свой вес, Жан-Клод увлекся и бодибилдингом. «Я занимался игрой на фортепиано, классическим танцем, увлекался живопи сью и одновременно накачивал свои мышцы, — рассказывает Ван Дамм, — я заставлял себя научиться каратэ. Я учился танцевать и поднимать гантели. Благодаря всему этому сегодня я не испытывая никакого страха перед Сталло не, Шварценеггером и Чаком Норрисом».

Но тренировки Ван Дамма проходили не только в спортивном зале.

По словам Жан-Клода, раза три – четыре в неделю Гетц звонил ему и пригла шал к себе домой, что означало, что ученик должен был бегом преодолеть немалое расстояние до дома учителя и затем возвращаться обратно — в общей сложности порядка трех часов бега. Время от времени он устраивал ему специальную тренировку — надевал на него защитные средства и натравливал свою овчарку, так что волей-неволей Ван Дамм стал неплохим бегуном. Жес*токие методы обучения, о которых он до сих пор говорит с уважением, он от разил впоследствии в фильме «Кикбоксер».

В 1978 году Гетц присвоил своему любимому ученику черный пояс, и за последующие два года Жан-Клод выиграл несколько любительских турниров, а 8 марта 1980 года в первом раунде ударом ногой в прыжке нокаутировав нем ца Дитриха Таргилла, стал чемпионом Европы по кикбоксингу среди профи.

На том его карьера в спорте и завершилась. Еще в 89-м он открыл в Брюсселе спортивный зал — «Зал Калифорния», который стал одним из популярнейших в городе: кроме каратэ там преподавали танцы, аэробику и бодибилдинг. К 20 годам у него были перспективное дело, дорогая спортивная маши на последней модели, собственный дом и приличный счет в банке. Но ему хотелось большего — с раннего детства Жан-Клод мечтал о карьере в кино, а по сле того как он снялся в нескольких французских фильмах (во второстепен ных ролях), детская мечта превратилась в навязчивую идею.

В 80-м в одной из газет он вычитал, что в Милане открывается очередной международный конгресс кинобизнесменов, и отправился туда в надежде за вязать знакомство с сильными мира кино. Проникнув в зал конгрессов, он раздавал направо и налево свои визитные карточки и копии статей о себе из французских и бельгийских журналов. Разумеется, в ответ ему также давали визит ки и предлагали звонить, когда он окажется в Лос–Анджелесе, столице амери канского кинобизнеса. «Когда вы слышите эти слова в Бельгии, это значит, что вам предлагают работу,— говорит Ван Дамм.— В Америке, как оказалось, эти слова не значат абсолютно ничего».

Но тогда он был вне себя от счастья, тем более что ему удалось познакомиться с президентом компании «Кэннон филмз» Менахемом Голаном. Войдя к нему в офис, Жан-Клод без всяких прелюдий с ходу сел на полный шпагат, и Голан заверил его, что в Лос-Анджелесе они немедленно заключат контракт и приступят в съемкам. В общем, вернувшись домой, бельгиец через несколько месяцев продал свой процветающий бизнес — этот поступок родители и друзья сочли безумием – предусмотрительно положил деньги в банк и, взяв с собой всего две тысячи долларов (он был убежден, что вскоре начнет получать сотни тысяч), от правился в Америку.

Правда, сначала он решил попытать счастья в Гонконге, где предложил свои услуги знаменитому продюсеру Раймонду Чоу, открывшему Брюса Ли и Джеки Чана. Однако Чоу даже не пожелал встретиться с ним, а восемь лет спустя специально прилетел в Лос-Анджелес, чтобы уговорить Ван Дамма сняться в нескольких картинах, но было уже поздно.

В конце 81-го Жан-Клод оказался в Лос-Анджелесе. И к изумлению своему обнаружил, что здесь его никто не ждал и он никому не нужен. Он звонил всем, кто давал ему визитки в Милане, но эти люди даже не могли его вспом нить. Мешало и плохое знание английского, на котором он к тому же говорил с сильнейшим акцентом. Но возвращаться домой было стыдно, да и вера в ус пех никак не исчезала, так что он начал бороться за выживание.

Он давал частные уроки каратэ, работал вышибалой в ночном клубе и шо фером (ради того, чтобы можно было ночевать в машине). Иногда добрые лю ди предоставляли ему кров, а взамен он убирал дом, забирал их детей из шко* лы и выполнял различные поручения.

— Это был настоящий кошмар,— вспоминает он.— От безумия меня спа сали только ежедневные многочасовые тренировки...

Не помогла даже придуманная хитроумная уловка — он звонил в разные студии и рассказывал, что он актер из Брюсселя, у которого есть спонсор, го* товый вложить миллион долларов. Однако при встречах в обмане приходи лось признаваться и на том знакомство с продюсерами и заканчивалось.

Правда, в 85-м ему удалось сняться в фильме «Не отступать и не сдавать ся», в котором он сыграл роль русского кикбоксера — этакой беспощадной ма шины типа Ивана Драго из «Рокки-4». Но ни славы, ни особых денег эта кар тина ему не принесла.

Пять лет спустя после приезда в Штаты у входа в ресторан он увидел пре зидента «Кэннон Филмз» и, подбежав к нему, начал напоминать про знакомст во в Милане. Голан его, конечно же, не узнал, и тогда отчаявшийся бельгиец продемонстрировал ему удар ногой, причем нога просвистела над головой Го лана. Дело вполне могло закончиться вызовом полиции, однако вместо этого Дамму предложили на следующий день прийти в студию.

Как и в прошлый раз, Жан-Клод начал разговор с того, что сел на шпагат между двумя стульями и сидел так на протяжении всей беседы. И наконец ус лышал слова, которых ждал всю жизнь, — Голан пообещал сделать его звез дой, подписал с ним контракт на три фильма и дал сценарий «Кровавого спорта». Ван Дамму предстояло сыграть роль капитана американской армии, с дет ства занимавшегося под руководством японского мастера и решившего при нять участие в подпольном турнире в Гонконге, который он в конце концов выигрывает, несмотря на все препятствия.

Фильм был снят очень быстро и обошелся всего в полтора миллиона долларов, что по американским меркам смехотворно мало. И сразу после завер шения съемок оказался на полке — фильм никому не понравился, в том числе и самому Ван Дамму, и никто не верил в то, что он может принести прибыль: для дешевой картины с новичком в главной роли это было невероятно.

Счастье вновь отвернулось от бельгийца, который к тому времени успел обзавестись женой (ею стала чемпионка мира по бодибилдингу Глэдис Порту гиз) и сыном. Оказавшись в безвыходной ситуации, он сам начал переделы вать фильм, заново монтируя его, и после того как он чуть ли не на коленях умолил Голана посмотреть переделанную картину, тот дал добро на выпуск, хотя компания, не веря в успех, даже отказалась заниматься рекламой. Однако за первый же месяц проката картина принесла такую прибыль, какой не приносили фильмы со звездами типа Чака Норриса. Час Жана-Клода Ван Дамма пробил.

Впрочем, за то время, что «Кровавый спорт» лежал на полке, Ван Дамм успел заключить несколько контрактов с мелкими студиями, по которым обязал ся сниматься в фильмах с низким бюджетом вплоть до 1991 года (например, «Черный орел», в котором он сыграл вместе с известным исполнителем ролей ниндзя Се Косуги — тут ему снова досталась роль русского каратиста). Из-за этого ему пришлось отклонить ряд выгодных предложений, обрушившихся на него после успеха «Кровавого спорта» и последовавших за ним «Кикбоксера» (в картине, снимавшейся в Таиланде, жестокий мастер таиландского бокса Тан По калечит брата героя Ван Дамма, которого сыграл чемпион мира по кикбоксингу Деннис Алексио, и герою не остается ничего другого, как отомстить, что он и делает), который еще до продажи прав на видеопрокат принес 14 миллионов долларов, и также ставшего «хитом» «Киборга».

Естественно, когда срок действия контрактов истек, Ван Дамм «раскрутил ся на полную катушку».

За последние 6 лет он снялся в нескольких супербоевиках («Самоволка», «Ордер на смерть», «Двойной удар», «Приключение», «Полицейский време ни» «Универсальный солдат», «Некуда бежать» и многих других). Сегодня Жан-Клод называет себя «Мускулы из Брюсселя», свободно говорит на трех языках, получает около 10 миллионов долларов за фильм, и все чаще высту пает в роли актера, режиссера и сценариста одновременно. Пережив в 1996-97 годах некоторые сложности в личной жизни, Ван Дамм снова находится в пре* красной форме. Он тренируется по 3-4 часа в день (бег, бодибилдинг, кикбок синг). А тот факт, что голливудская карьера Жан-Клода Ван Дамма продолжа ет складываться чрезвычайно удачно, доказывает новый фильм с его участием «Двойная команда» (в котором также играют Микки Рурк и звезда НБА Деннис Родман).

Bars

Уэсли Снаипс
УЭСЛИ СНАЙПС родился 31 июля 1962 года. С детства жил в одном из самых хулиганских кварталов Нью-Йорка — Южном Бронксе. Уже тогда Уэсли мечтал о творческой карьере и не смотря на насмешки ровесников ему уда лось поступить в Манхэттенскую школу Актерского искусства. Тем не менее, чтобы научиться постоять за себя, Снайпс занялся капоэйрой — африкано-бразильским видом единоборств. Сущность капоэйры можно ощутить лишь играя в особую игру. Игра — хого — проходит в круге, образованном участ никами. По очереди из круга выходят пары, которые начинают утонченную игру, обмениваясь движениями атаки и защиты, ни на секунду не останавливаясь. Во время хого капоэйристы исследуют свою силу и слабость, встречаясь со страхом, усталостью, нехваткой знания и опыта в захватывающем, не прерывном процессе саморазвития. Скорость и взаимодействия в хого опреде ляются различными ритмами, создаваемыми беримбау — однострунным ин струментом, по форме напоминающем лук. Беримбау считается символом капоэйры. Спустя долгие годы изнурительных тренировок Уэсли Снайпс стано вится экспертом этого экзотического вида боевых искусств. Так же, преодолев многие препятствия, ему удается получить актерское образование. Но, вопре ки ожиданиям Снайпса, по окончании учебы Бродвей не стал стелить перед ним ковровую дорожку, а среди многочисленных театров Нью-Йорка не нашлось ни одного, кто предложил бы ему контракт. Уэсли пришлось обивать пороги киностудий и театров в поисках случайных заработков.

На момент получения своей первой эпизодической роли в картине Голди Хоун «Wildcats» он даже не увольнялся из конторы по установке телефонов. Вскоре Майклу Джексону приходит бредовая по тем временам идея: снять фильм-клип «Bad» на собственные песни. И нужен был какой-нибудь черно кожий актер с оригинальной внешностью на роль хулигана. Взяли первого по павшегося. Все действо Снайпса ограничилось тем, что он должен был толк нуть Майкла в кирпичную стену, с чем он, конечно, легко и справился.

Фильм имел бешеный успех, а «хулигана» заметил Спайк Ли и пригласил его на роль саксофониста в картину «Mo Better Blues». Своей органичной иг рой на экране Снайпс ему так понравился, что культовый негритянский ре жиссер вскоре специально для него написал роль в фильме «Тропическая ли хорадка». Уэсли Снайпса заметили и запомнили. Для него открылись прежде недосягаемые горизонты. В 1992 году он играет в двух хитах: «Белые не мо гут прыгать», который посмотрела все темнокожая половина Америки, и «Пассажир-57», ставший бешено популярным у остальной половины человечества.

Теперь его агент был завален предложениями о съемках в боевиках и трил лерах. И Снайпс не заставил себя звать два раза. В следующем году он снимается уже в трех картинах: «Точка кипения» с Деннисом Хоппером, «Восходя щее солнце» с Шоном Коннери и «Разрушитель» со Сталлоне. К похвалам критиков теперь добавились весьма лестные отзывы супер-звезд. Гонорары растут прямо пропорционально количеству фильмов. Не проходит и года, как выходит еще пять фильмов с его участием, среди которых «Денежный поезд» с Вуди Харрельсоном, заработавший немало денег в прокате.

В 1996 году Снайпс участвует вместе с Робертом де Ниро в фильме «Фанат». Ну а в своей последней работе («Убийство в 16.00») Уэсли сыграл поли цейского, который предотвращает заговор против самого президента США.

Сегодня Снайпс участвует в нескольких дорогостоящих кинопроектах и хотя его гонорары поменьше чем, например, у Эдди Мерфи, тем не менее одно его имя в титрах гарантирует продюсерам окупаемость фильма. А все свое свободное время Уэсли продолжает уделять тренировкам. Правда, иногда он гоняет с 200-километровой скоростью по шоссе на своем «Харлей Дэвидсоне», поднимая на ноги всех полицейских в округе.

Зелимхан

Я только один год занимался

__________________

ТЯРКХО ВУ СО

De®zZzkiy

__________________
Хаза вац,дика вац,шек д1а ма вац.

beirut

Тайский круче. ОН богаче, т.е. колени, локти, лоу-кики, прихваты, масса всяких заморочек в клинче - этого всего нет в кикбоксинге. Хотя тайцы в основном по кику пролетают, из-за того, что нельзя клинчевать и бить по ногам.