Desko

В один из дней лета 1206 года родовая знать вознесла племенного вождя Темучина в воздух на белой верблюжьей кошме, провозгласила великим ханом и нарекла именем Чингиз - "сильный".

Ни одно королевство и ни одна провинция не в состоянии выдержать натиск татар. Татары воюют, применяя больше стратегию, чем грубую силу. Они всегда бодрствуют, как дьяволы. Наши армии следует организовать в том же порядке, и по тем же суровым законам ведения войны
Из отчета легата Плано Карпини Папе Иннокентию IV
Позднее к нему прибавились новые титулы - "потрясатель Вселенной", "владыка всех людей" и даже "повелитель скрещения планет".

Несть числа завоевателям, мечтавшим о мировом господстве, но только Александр Македонский и Чингиз-хан побывали в нескольких шагах от заветной цели.

На пике могущества Монгольская империя в полтора раза превосходила по площади Британскую и простиралась от Тихого океана до Адриатики и от Сибири до Персидского залива.

__________________
1.12. Запрещены сообщения, отрицающие геноцид чеченского народа с момента его насильственнго присоединения к России.

Desko

Код Чингисхана
Наследников монгольского хана ищут по случайным ошибкам в ДНК
Том Робинсон, 48-летний преподаватель бухгалтерского дела из США, пробыл потомком Чингисхана меньше месяца. Несколько недель славы обеспечили Робинсону генетики: компания Oxford Ancestors взялась анализировать его ДНК еще в 2003 году. А в мае нынешнего пришла к заключению, что монгольский хан был прямым предком эксперта-бухгалтера по мужской линии.

__________________
1.12. Запрещены сообщения, отрицающие геноцид чеченского народа с момента его насильственнго присоединения к России.

ух ты

ВЕРОВАНИЯ!!

Почти по Исламски!




Ценные сведения о древней религии монголов можно найти у Вильгельма Рубрука, монаха-минорита, ездившего к Мункэ-хану и весьма интересовавшемуся вопросами религии. …ему удалось участвовать в религиозном диспуте, где мусульмане и христиане, объединившись на почве единобожия, полемизировали с буддистами. Тогда высказал точку зрения и Мункэ-хан: «Мы, монголы, верим в Единого Бога, который на небе, волю его мы узнаем через прорицателей».





Плано Карпини в главе о богопочитании… говорит следующее: «Они веруют в Единого Бога, которого признают творцом всего видимого и невидимого, а также признают его творцом как блаженства в этом мире, так и мучений, однако они не чтут его молитвами, или похвалами, или каким-нибудь обрядом».





Не менее определенно о монотеистическом богопочитании говорит Рашид ад-Дин. У него приведен ряд высказываний Чингисхана по этому вопросу. В разговоре с сыновьями он сказал: «…силою Господнею и с помощью небесною я завоевал для вас царство». Наконец, сохранился текст молитвы Чингисхана, когда он молился на вершине холма, повесив на шею пояс, развязав завязки плаща и пав на колени: «О, предвечный Господь, ты знаешь и ведаешь, что Алтан-хан начал вражду… Я есмь ищущий за кровь возмездия и мщения. Если знаешь, что это возмездие мое правое, ниспошли свыше мне силу и победоносность и повели, чтобы мне помогали ангелы, люди, пери и дивы». Эти слова могли бы показаться традиционными мусульманскими обращениями к Аллаху, но имя Аллаха нигде не упоминается, а везде стоит персидское слово «худа», то есть «Бог».





Но самые драгоценные сведения о наличии у монголов культа верховного единого Бога мы берем из «Сокровенного сказания». Там этот Бог называется Вечным Небом. Монголы различали материальное «голубое» небо от духовного «вечного».





В высказываниях Чингисхана Вечное Небо выступает как податель помощи. Так, обращаясь к сыновьям, он говорит: «Когда с помощью Вечного Неба будем преобразовывать всенародное государство наше…»





По словам Чингисхана, Вечное Небо требует не только молитвы, но и активности: «Ты, Джурчедай, ударил на врага. Ты опрокинул всех… Вот почему Вечное Небо открыло нам двери и путь».

__________________
Если ты, не милосерден к Другу,то зачем ты нужен, как Друг?

Если ты осуждаешь, несчастье своего соплеменника,то в чем заключается, твой патриотизм?

Индарби

Весь этот бродячий сброд был 100% язычниками. Более того, теже средневековые авторы писали, что монголы считали христиан ближе себе, а мусульман ненавидели. Все завоеватели имели трудное детство - Гомосек Македонский, Рыжий Шайтан Чингиз, Хромондыль Тимур и прочие садисты. Этот комплекс "обиженных" всегда рвется наружу и ищет себе упоения в унижениях других людей.

Какой он царь и падишах,
Когда рабами он повелевает?
А в тех краях, где нет рабов,
И власти падишахов не бывает!

Reka 3000

А это правда что он не смог покорить Чеченцев?

Mobileidea

Чингисхан красава, рассею 300 лет, эээ, как бы помягче, держал в общем. Своего сына назову так.

Hox

)))))))))Классно!Назовёт своего сына в честь язычника убившего немало мусульман да и вообще многих поубивавшего,даже если он на самом деле был красавчик,то это не отменяет того факта что он был убийцей (серийным).))

__________________
Мы в ответе за тех, кого вовремя не "послали".

Mobileidea

Нох, мне по холод, главное русню давил. Надеюсь и мой так же будет.

Индарби

Не мог. В конце концов, к 1270-м годам монголы вынуждены были организовать спец. гвардию - Лашкар-и Караул - которая просто блокировалы выход с гор на равнину, чтобы предотвратить набеги горцев на степняков.

Байсангур

ОРДЫ ЧИНГИСХАНА В ЧЕЧНЕ!
1223 год. Передовые отряды «потрясателя вселенной» -Чингисхана,перед которым дрожали и Запад, и Восток, подошли к предгорьям Северного Кавказа...
Растянувшись огромной черной змеей, два монгольских тумена двигались вдоль берега бурной реки. С одной ее стороны раскинулось холмистое, поросшее лесом предгорье, с другой - возвышались заснеженные горы, рассеченные шрамами глубоких ущелий.
В длинных синих одеждах, поверх которых была одета броня, в почти одинаковых железных шлемах монголы были словно близнецами. Тысячи безбородых близнецов, похожих на старых угрюмых женщин с лицами черными от загара и грязи. И лошади у них были похожими - небольшими, лохматыми и злыми.
Впереди скакала сотня разведчиков на рыжих конях, за ними - сотня на молочно-белых. Далее под охраной телохрани-телей-тургаудов, один из которых вез бунчук с пятью рыжими конскими хвостами, двигалась железная колесница великого монгольского полководца Субудай-багатура. Эта колесница -трофей, вывезенный монголами с захваченного и разграбленного ими Северного Кавказа - являла собой обитый железными листами закрытый ящик, поставленный на два высоких колеса. Во все четыре стороны в стенках колесницы были прорезаны узкие щели, предназначенные для наблюдений и стрельбы из лука. Железную повозку везли четыре коня, запряженных по два. На левом переднем коне сидел возничий.
Утомленный походом полководец спал в колеснице на войлочной подстилке, свернувшись как хищный зверь. Еще юношей Субудай-багатур был ранен в руку, меч рассек ему мышцы, и с тех пор правая рука его всегда была согнута. Другой удар поразил его лицо. Правый глаз вытек, рубец тянулся через бровь и щеку, а левый, широко открытый, сверлящим взглядом проникал, казалось, в тайные помыслы людей. Воины звали его «барсом с разрубленной лапой».
Покой спящего хозяина охраняла маленькая собачка китайской породы. Заслышав какой-то шум, она подняла пронзительный лай. Одноглазый джихангир мгновенно проснулся.
Это к колеснице подскакал в окружении своих телохрани-телей-тургаудов Джебе-найон, высокий, худой, никогда не улыбающийся полководец, посланный Чингисханом вместе с Су-будай-багатуром в этот дальний поход то ли помогать старику, то ли следить за ним.
Джебе-найон подождал, пока тучный Субудай-багатур выбрался из своей железной кибитки и сел на подведенного к нему саврасого коня с черным и длинным - до самой земли - хвостом. Монгольские воины считали этого коня священным, приносящим им удачу в битвах. Субудай знал об этом и берег коня.
- Говори, - сказал Субудай Джебе-найону, бесстрастно глядя на снежные вершины ближайших гор.
- Они отказались покориться, ушли в горы и угнали свои стада. Ущелье, которое ведет в глубь их страны, узкое и хорошо защищено. Там много воинов,они совсем не похожи на тех, которых мы встречали раньше ..., они открыто презирают нас и даже не бояться - сказал Джебе-найон.
- Мы выманим этих волков из логова,этих рыжих чертей - усмехнулся Субудай-багатур.
Над ущельем возвышалась старинная родовая башня, а внизу, прямо под ней, был завал из камней и срубленных деревьев, за которым засели чеченцы(НОХЧИЙН). Они осыпали стрелами проносившихся мимо них монгольских всадников. А те словно дразнили оборонявшихся, стараясь как можно ближе подскакать к завалу и уберечься от стрел. Всадников было не так уж много.
Вдруг пронзительно завыли монгольские трубы, и из ближайшего леса показались пешие воины. Это были спутники монголов, всякий сброд из разных покоренных племен. Они бежали ко входу в ущелье, размахивая оружием, издавая дикие вопли и подбадривая друг друга.
Горцы-нохчи встретили их разящими ударами топоров и мечей. Закипела яростная,упорная жестокая битва, верх постепенно брали обороняющиеся. И старики, и почти дети не уступали в доблести и мужестве своим взрослым воинам, в их глазах не было абсолютного страха ...
По сигналу трубы нападавшие разом прекратили битву и побежали к лесу. Горцы-чеченцы последовали за отступившими азиатскими скопищами воинов. Из неприметной на вид балки, заросшей густым орешником, вылетела стройными рядами, ужасая своим воинственным видом чеченская конница и помчалась за многочисленной отступающей пехотой монголов. Увлеченные погоней горцы проскочили лес и оказались на открытом поле.
В его дальнем конце среди зарослей ивняка и камыша был холм, на котором виднелся пятихвостый бунчук Субудая и сам полководец, сидевший на своем саврасом коне, неподвижный, как каменный идол, наблюдая за странными на вид воинами, которые преследовали его смелых солдат , это были очень красивые и высокие воины, горцы Северного Кавказа.
Отступавшие в страхе азиатские воины, которых осталось в живых совсем немного, из последних сил бежали к этому холму, по пятам преследуемые горцами.
Вновь завыли трубы, и из-за холма, из зарослей ивняка и камыша медленно выехала вся монгольская конница, тридцать тысяч всадников.
Странно безмолвные, с завернутыми до плеча правыми рукавами, с обнаженными кривыми клинками, лежавшими на плечах, монголы сомкнули свои ряды. Что-то зловещее и грозное было в этом молчаливом движении тесных колонн всадников, когда они, без единого крика, вышли из засады.
Горцы в нерешительности остановились, поздно поняв, что попали в западню. Наступила тишина, которую нарушало только фырканье коней и случайный звон оружия.
Субудай махнул рукой. Опять протяжно завыли трубы, и по их сигналу конные монголы с дикими криками «кху-кху-кху!» помчались на горцев, охватывая их с двух сторон и отрезая путь к отступлению. Но те и не думали об отступлении. Плечом к плечу, спина к спине, они заняли круговую оборону. Древние горы никогда не видели столь жестокой и яростной битвы. Хотя силы были слишком неравными, бой закончился только к вечеру. Все поле перед холмом было покрыто трупами, но убитых монголов было значительно больше. Их трупы штабелями укладывали на поленницу, сложенную из бревен срубленных деревьев.
Субудай сказал, обращаясь к собравшимся вокруг поленницы воинам: - Счастлив воин, павший за величие монгольского улуса. Вместе с дымом священного костра он попадет в алмазный дворец бога Сульде!
Загремели барабаны, затрубили рожки. Шаманы в белых одеждах с медвежьими шкурами на плечах закружились вокруг поленницы, издавая пронзительные вопли и ударяя в бубны. Китайские мастера с восьми сторон подожгли паклю, намоченную горючей жидкостью. Черный дым заклубился над костром. Пламя разгоралось, охватывая лежащие тела и желтыми языками взлетая к небу.
Субудай-багатур проворчал, обращаясь к Джебе-найону:
- Если в каждой битве будет гибнуть столько воинов, много ли багатуров вернется на родину?Эти рыжие дьяволы не дадут нам спокойно жить здесь ...
Джебе промолчал.
- Пусть приведут пленных, - приказал Субудай-багатур.
К нему подвели нескольких, связанных волосяными арканами, чеченцев. Израненные, они еле держались на ногах, но в их глазах не было страха.
- Вы храбрые воины, - сказал Субудай, - И получите свободу. А тем, кто остался в горах, скажите, пусть покорятся воле великого чингисхана. Тогда я не трону земли вашего народа. Идите.
Толмач перевел слова Субудая пленным. Те молчали, никто не сдвинулся с места.
Субудай отвернулся от них и что-то сказал одному из своих телохранителей...
Всех пленных бросили на землю рядом друг с другом. Сверху на них навалили доски, оторванные от повозок. Полсотни монгольских военачальников уселись на этих досках. Они пили кумыс и гоготали, когда из-под них раздавались стоны и проклятья пленных.
Только одного пленного пока пощадили победители, мальчика лет пятнадцати. У него было перерублено плечо и все лицо залито кровью от раны на голове.
Мальчика привязали к колесу железной кибитки Субудай-багатура, чтобы он смотрел на муки своих сородичей.
Стоны и крики погребенных под досками пленных постепенно затихли. Монголы, закончив пировать, разобрали доски и вытащили из-под них трупы раздавленных горцев. А над куренем разносилась песня победителей:
- Вспомним, вспомним степи монгольские, Голубой Керулен, золотой Онон! Сколько, сколько монгольским войском Втоптано в пыль непокорных племен...
Субудай-багатур подошел к мальчику, привязанному к колесу его кибитки.
- Ты все видел, - сказал полководец. - Иди к своим и скажи, чтобы сдали оружие и покорились. Тогда будут жить.
Толмач перевел его слова. Мальчик ничего не ответил, но столько гордого презрения было в его взгляде синих глаз, что Субудай не выдержал и отвернулся. Он дал знак, и один из его телохрани-телей-тургаудов вытащил из ножен свой кривой клинок и одним ударом отрубил мальчику голову.
- Завтра мы найдем обходный путь в эти горы, - сказал Джебе-найон и носком сапога отшвырнул от себя отрубленную голову.
- Нет. Мы уходим. Этот странный народ можно уничтожить, но нельзя покорить, - сказал Субудай-багатур, задумчиво глядя своим единственным глазом на парящего в вечернем небе орла...

__________________
ВОЛК, РОЖДЕННЫЙ ЖИТЬ СВОБОДНА...