-ALAN-

Уважаемые друзья, соседи и земляки.

Посетив Ваш прекрасный форму, я понял одно, что среди нас настолько же много разного, насколько и схожего.
Я открываю эту тему для тех, кто хочет немного узнать о своих соседях Осетинах, хочет познакомится с их историей, культурой, традициями, впитать в себя немного знаний о народе прежде чем судить о нем...

Заранее спасибо за отзыва по этой теме

Алан

" Спасибо тебе, мой Иристон, за то, что, несмотря на все трудности и невзгоды, ты донёс через тысячелетия язык и фольклор неповторимо своеобразного мира моих предков – скифов и сармат! Благодарю тебя за честь называться твоим сыном, и прими мою глубокую признательность за то, что благодаря тебе я познал самое прекрасное чувство – Чувство Родины, Любовь к Отечеству.

Счастлив служить тебе в благословенные дни мира и в горькие дни несчастья.”

Казбек Челехсаты.

-ALAN-

Герб - официальная эмблема государства, административной единицы, организованного общества, города или знатного рода, изображаемая на печатях, бланках государственных органов, денежных знаках и т.д. Эта эмблема заимствована из рыцарских обычаев Западной Европы, её название происходит от немецкого "ерб" - "наследие".

Герб Северной Осетии - Алании представляет собой изображение барса на фоне горных цепей.

Прообраз нынешнего герба хранится в институте рукописей АН Грузии с подписью: "Герб Осетии, выполнен грузинским учёным царевичем Вахушти Багратиони в 1735-ом году".
Компонент герба - силуэт горных цепей - символизирует облик местности проживания осетин. Горы издавна были символом Осетии, а в дальнейшем и Владикавказа. И вполне естественно, что на гербе Осетии присутствует горная цепь.
Но откуда в нашем гербе барс? Ведь в наши дни его трудно встретить не только в Осетии, но и на Кавказе.
Барс принадлежит к семейству кошачьих, окрас - жёлтый или рыжий с чёрными пятнами, живот без пятен, белого цвета. Барс чем-то схож с тигром, но более гибок и мускулист. Он прекрасно лазает по скалам и деревьям, а при необходимости может и плавать в воде.
На территории бывшего Советского Союза обитают четыре вида барсов, из них два проживают на Кавказе. Их изредка можно встретить как в степях, так и в горных лесах, в скалистых разломах и на альпийских лугах. Сейчас барсы занесены в Красную книгу, а когда-то они спокойно разгуливали по всем Кавказу, в том числе и на территории Осетии.
Барс является символом храбрости и отваги. Его изображения использовали скифы и аланы, а от них он перешёл к осетинам.

Флаг
Флаг - национальный символ, четырёхугольное полотнище, разнообразное по размещению цветовых полос и рисунков.
Флаг Северной Осетии - Алании состоит из трёх цветов, - сверху вниз - белого, красного, жёлтого.
В геральдике белый цвет является символом моральной чистоты, красный - воинской доблести, жёлтый - изобилия, богатства. Использование этих цветов также уходит в скифо-аланскую историю к трёхфункциональносит общества: жрецы, воины и земледельцы. Характерной особенностью скифского жреческого костюма был белый головной убор. Красные атрибуты одежды были присущи воинам. Жёлтый цвет, символизирующий зерно, золото, означает земледелие и богатство.
Эта же цветовая символика присутствует и в осетинских культовых сооружениях. У осетин есть дзуары с цветовыми обозначениями. Например, Урс дзуар- "Белое святилище", Сырх дзуар - "Красное святилище", Сыгъзжрин дзуар - "Золотое святилище".
Примечательно, что два цвета (белый и красный) присутствуют и на Российском флаге.

Гимн
Гимн - торжественная песня, принятая как символ государственного или социального единства.
Гимн Северной Осетии - Алании был принят постановлением Верховного Совета РСО-Алания от 24 ноября 1994 года. Согласно статье 1, - "Государственный гимн РСО-А является символом государства, сохранения традиций национальной культуры, единства многонационального народа республики".
Автор слов гимна на осетинском языке Камал Ходов. Перевод - Ирины Гуржибековой. Автором музыки является Аркадий Цорионти, обработка - Ацамаза Макоева.
Согласно закону о государственном гимне, он должен звучать во всех торжественных случаях, на спортивных мероприятиях и др. Его необходимо слушать стоя.

-ALAN-

Государственный гимн Республики Северная Осетия-Алания
I

Под утренним солнцем, на древней земле
Алмазом сверкает наш ИР величавый.
Мы пронесли через тысячу лет
Аланскую гордость и славу.

Здесь прошлое с будущим в симде сошлись,
А нынешний день наш - творец и мечтатель.
Песня, лети в поднебесную высь!
О, Уастырджи, дай нам твоей благодати!

ПРИПЕВ:

Крылья орлиные мчат нас вперёд.
Полнится чаша трудов и забот.
Счастлива будешь, родная земля!
Ведь щит мы, и меч, и надежда твоя!

II

Пусть мужество младших и мудрость отцов
С нами пребудут во веки веков.
Горы не терпят насилья и зла.
Наша дорога пряма и светла.

ПРИПЕВ:

Крылья орлиные мчат нас вперёд.
Полнится чаша трудов и забот.
Дети Осетии, будем, как братья!
Уастырджи, дай нам твоей благодати!

-ALAN-

Немного о Осетии:

В самом центре Кавказского хребта живут ираноязычные осетины – прямые потомки некогда могущественных и легендарных скифов, сармат и алан. По мнению учёных, предки осетин создали, после греческой и римской, самую богатую духовную и материальную культуру в мире. Именно богатая история и неповторимая своеобразная культура осетин и их предков привлекают и привлекали внимание учёных всего мира.

Это народ, который дал человечеству:

великого античного философа – мудреца Анахарсиса и крупнейшего историка VI века н. э. Иордана;
непобедимого витязя – полководца средневековья Царазан Сослан – Давида и гениального поэта К. Хетагурова;
выдающегося учёного современности В. Абаева и легендарного героя Гражданской войны Хаджи – Мурата Дзарахохова, прославленного полководца И Плиева и легендарного Хаджи – Умара Мамсурова;
непревзойдённого Отелло – В. Тхапсаева и первую в мире женщину – дирижёра В. Дударову;
арктического джигита Ю. Кучиева и неповторимую балерину Большого театра С. Адырхаеву;
известного во всём мире джигита – наездника А. Гудцова и создателя первого конного цирка Али – Бека Кантимирова;
легендарного борца Канукова и двукратного Олимпийского чемпиона С. Андиева;
это народ, который является создателем Нартовского эпоса и божественного танца “СИМД”.


Северная Осетия – небольшая республика, имеющая площадь 8000 кв. км. – занимает часть Центрального Кавказа и Восточного Предкавказья. Наибольшая протяжённость с севера на юг равна 125 км., с запада на восток – 120 км. Территория Южной Осетии (3900 кв. км.) охватывает южный склон Главного Кавказского хребта.

-ALAN-

“Осетия с давних пор считалась маленьким культурным оазисом на северном склоне Кавказских громад. ”

Газета “Кавказ” 1915 год.

Симд – подлинная жемчужина осетинского народного танцевального искусства, по красоте и величию занимает первое место среди осетинских народных танцев. Он выражает рыцарство, чистоту чувств, мужество и благородство.

Осетинский народ бережно хранит и своё музыкальное творчество. В осетинских песнях изумительная мелодичность.

Медленно гаснет в зале свет, и одновременно со сцены полилась плавная мелодия. На сцене появились стройные высокие ребята в строгих но в то же время нарядных черкесках, держа под руку девушек, одетых в роскошные платья, богато расшитые осетинским орнаментом. И поплыли пары по сцене, создавая замысловатый и чарующий рисунок осетинского танца. Это ансамбль “Алан”, который родился в далёком 1938 году, и который сыскал всемирную славу. Он является одним из любимых профессиональных коллективов у жителей Северной Осетии.

Осетины являются законодателями конных национальных игр на Северном Кавказе. Среди конноспортивных игр осетин особое место отводилось джигитовке. Так осетинское национальное искусство джигитовки появилось в цирках России и за рубежом. В 1907 году арене цирка России появился наездник Али – Бек Кантемиров, он по праву считается основоположником конно-циркового искусства. Самой популярной в мире является труппа “Али - Бек”, которой руководит сын Али – Бека мастер спорта Ирбек Кантемиров.



НАРТОВСКИЙ ЭПОС ОСЕТИН

Богат духовный потенциал Осетии. Выдающийся интерес для учёных многих специальностей представляет осетинский нартовский эпос, этот величественный памятник духовной культуры. По своей древности, монументальности и большому культурно – историческому значению нартовский эпос может быть поставлен в один ряд с такими шедеврами мировой культуры, как “Илиада” и “Одиссея”, “Нибелунги”, “Песнь о Роланде”, “Колевала”, “Давид Сасунский”, скандинавские и исландские саги.

Нарты являются героическими предками осетинского горца, древнейшего по происхождению туземца Кавказа. В нартовских сказаниях заключается немало вполне реальных данных, имеющих большое значение для изучения очень далёкого осетинского народа и свидетельствующих об очень высоком культурном уровне его древнейших предков. Нартовский эпос – это в широком смысле “Библия осетин” эпохи кочевничества.



Сказание “Собрание нартов” о нравственных идеалах нартов.

Именитые нарты сидели на собрании своём в резных своих креслах… Совет держали они о судьбе нартского народа. И один из старейшин сказал:

- Нарты только до тех пор были настоящими нартами, пока небо не смело греметь над их головами, когда умели они умирать за свой народ, когда каждый умел сдерживать свои страсти. Нарты тогда были настоящими нартами, когда из уст нартского человека выходила одна лишь правда. Наш народ только тогда может называться по – настоящему народом, когда гордо он держит голову и не перед кем её не клонит.

И взял тут слово второй старейшина:

Соседние народы только до тех пор завидовали нартам, слава о нартах до тех пор разносилась по миру, пока воздержаны они были в еде ли в ранге ли меру знали; не предавались обжорству и разгулу, как предаются сейчас, и от чрезмерного пьянства не теряли стыда, не теряли отвагу и разум.
Только до той поры народ наш может называться нартским народом, пока младшие будут уважать старшего и почёт оказывать ему, пока все мы будем прислушиваться к словам друг друга и пока никто из нартов не будет из – за женской красоты терять своё достоинство и свою совесть, - так сказал третий старейшина.

-ALAN-

История Ислама в Осетии



Осетины-прямые потомки скифо-сарматского племени алан - выходцы из Среднего Востока и принадлежат к иранской группе индоевропейских народов. Осетинский (аланский) язык относится к восточно-иранской группе языков, в которую входят таджикский, фарсикабул (дари), афганский (пушту), белуджийский, талышский, ягнобский и памирские языки. Самоназвание осетин-"ирон" практически сходно со словом "иран"- наименование огромной территории на Среднем Востоке. Название самого крупного социального слоя осетин- "фарсаг", также сходно с самоназванием иранцев - "фарси".
С исламом аланы начали знакомиться рано, еще с 8 века, когда Арабский халифат вел продолжительную войну на Северном Кавказе. Особого распространения тогда Ислам среди алан не получил.
В 1278г. монголо-татары вместе с союзными им русскими дружинами разрушают аланский город Верхний Джулат (территория нынешнего сел.Эльхотово и ст.Змейская (РСО-Алания)), в том числе и церковный собор, располагавшийся там. Еще раньше в 1239 г., ими был разрушен аланский город Магас. Впоследствии, в 1312-1344гг., подавляющая часть равнинных алан принимает Ислам. Примечательно, что большей частью это совершалось добровольно. "Археологическими исследованиями на территории Северной Осетии, проводившейся в 1953-1962 г.г. на месте аланского города Верхний Джулат (Татартуп) было обнаружено несколько мечетей и мусульманское кладбище" (О.В.Милорадович. "Средневековые памятники осетин". стр.66-68).

Ислам в Дигории

До присоединения Дигории к России в 1771г. абсолютное большинство дигорцев исповедовало Ислам, о чем свидетельствует мусульманское кладбище в ауле Дзинага. Еще в 1750г. представители дигорских фамилий Абисаловых, Битуевых и Мистуловых принимают христианство по примеру малокабардинских князей (Гиляксанов, Атажукин и др.) исповедовавших христианство. Но уже в 1830-40гг. большинство дигорцев вновь принимают Ислам. В аулах Махческ, Стур-Дигора, Ахсау, Фаснал появились многочисленные мусульманские общины.
Первыми из дигорцев Ислам приняли донифарсцы в 16 веке. Принятие Ислама не сделало дигорцев слабыми из-за зависимости от Кабарды. К примеру, когда в 18 веке кабардинский князь Арсланбек Кайтукин (мусульманин) напал на мусульманский аул Донифарс, те дали ему отпор, а возглавлявший донифарсцев Есе Кануков чуть не убил самого князя. Но следует заметить, что в основном отношения осетин и кабардинцев были братскими и союзными. Так, напрмер, в 1752г. кабардинский князь К.Кайсынов уступил землю и помог С.Туганову переселиться на равнину и основать аул Дур-Дур. Б.А.Калоев в своей книге "Осетины" (стр.2) пишет: "По свидетельству Штедера, во 2-ой половине 18 века все фамилии дигорских баделят (феодалов) уже прочно придерживались Ислама". То есть Тугановы, Абисаловы, Каражаевы, Битуевы, Кануковы, Кабановы, Карабугаевы и др.
В 1859г. архимандрит Иосиф (Чипиловский)- составитель русско-осетинского словаря, писал: "Дигорские алдары открыто проповедовали между осетинами Ислам. Они приглашали имамов из Кабарды и Дагестана". ("Осетины", стр.291). А в 1866 г. священник Аладжиков писал:"Христианство в Дигории потеряло доверие и повсюду вытеснялось Исламом, что требует немедленного вмешательства со стороны гражданского и военного управлений". (ук.соч.стр.291). И как будто откликом на это звучит заявление начальника осетинского горного управления от 6.11.1869г.: "Нам было дано право выслать из края с семьями тех, которые были замечены кроме вероотступничества еще и в совращении других в мусульманство".
Царская администрация пыталась оградить мусульман-осетин от остальной части населения. Делалось это административно-военными методами. Так, в 1952г. комиссия во главе с князем М.С. Воронцовым насильно выселила дигорцев мусульман из аулов Стур-Дигора, Ахсау, Махческ, Галиат, Фаснал, Дур-Дур и поселила в неудобном месте, где они в том же году основали с.Магаметановкое (Чикола).
В 60-ех годах минувшего столетия экспедиция СО НИИ взяла интерьвю у 100-летнего Паги Дзагоева из с.Махческ и 76-летнего Пацу Чегоева из с.Куссу. Они рассказали, что, не имея своих мечетей, махчесцы, куссовцы и стурдигорцы ходили по пятницам в Донифарскую мечеть, а на праздники вызывали имамов из Чиколы.
Мечети были в с.Кумбулта, Дур-Дур, Лезгор, Кора-Урсдон, Новый Урух, Лескен, Донифарс, Дзагебпарз,Шекер, в Чиколе же было 4 мечети.
В 19 веке в Осетии появились свои образованные муллы. Так, например, мулла с.Чикола Елмурза Марзоев был осетином-дигорцем (1890г.р.), он учился в адыгском ауле Атажукай. Еще раньше, в 1866г., мулла с.Вольно-Магометановское (Чикола) Елбасдуко Марзоев (тоже осетин) возглавил сельскую комиссию по переписи.
В 1859г., когда началось массовое переселение горцев Северного Кавказа в Турцию, уехали туда и семьи Тугановых и Абисаловых. В сентябре 1859г. часть жителей Вольно-Магометановское покинули Дигорию и переселились в Турцию. В 1860г. уехало еще 350 семей, с ними уехали А.Цаликов и Д.Кануков. Только в 1859-60гг. из Осетии в Турцию переселились 3 тыс. человек. В период с 1861 по 1865гг. Родину покинули еще около 200 семей. Итого из Осетии в Турцию переселились более 5 тыс. мусульман.
До октябрьской революции Ислам в Дигории был господствующей религией. В горной Дигории, в с.Донифарс и близлежащих селах было несколько больших и малых мечетей. В равнинной Дигории самые большие мечети были в Чиколе.

Ислам в остальной Осетии

Еще в 16 веке Ислам проник в Тагаурское общество. В 17 веке все одиннадцать тагиатские - "уазданские" (феодальные) фамилии принимают Ислам. (Б.А.Калоев. Осетины. стр.292). Это фамилии:Кундуховы, Шанаевы, Мамсуровы, Джатиевы, Есеновы, Дударовы, Тулатовы, Кануковы,Тхостовы, Алдатовы, Тугановы. Вскоре Ислам начали принимать и простой люд. Вот что пишет по этому поводу "История СОАССР,1987г.":"Если в 17 веке только началась такая тенденция, то в 1-ой половине18 века в Северной Осетии уже существовал ряд населенных пунктов (аул Кобан, и др.) жители которых были приверженцами Ислама"(стр165-166) Еще Б.А.Калоев приводит цитату: "Осетинские старшины все обратились в мусульманство, не имея, однако, имама, отправляя только положенные по обряду молитвы и воздерживаясь от употребления свиного мяса и спиртного, а простой народ, кроме алагирцев, начинает следовать примеру старших своих" (ук. соч.стр.290, цитата по источнику из ЦГВИА).
В 1785 году Ахмед Дударов, тагаурский уаздан-алдар, владелец с.Чми, способствовал принятию чминцами Ислама, активно распространял Ислам по всей территории и построил в ауле Саниба каменную мечеть (История СО АССР.стр.175)
В 1825-30гг.повстанческим движением в Тагаурии и Куртатии руководили Беслан Шанаев, Хазби Тулатов, Дзанхот Мамсуров, Кургок Карсанов и др. В 1830г. подразделения царского генерала Абхазова сожгли с. Чми, Кани, Ламардон и другие аулы. Переселенцы из Чми основали с.Карджин, переселенцы из Кани основали Брут. Также тагаурские переселенцы участвовали в основании с.Елхот (Эльхотово), Зилга, Скут-кох и др. В 1840 г., сообщает Калоев, в горной Тагаурии было 3 мечети: одна в Санибе, одна в Чми и еще одна либо в Кобане либо в Кани.
В 1867 году множество куртатинцев мусульман выселилось на равнину. Им выделили землю недалеко от Ардона, близ поляны Даргардуз, на краю ложбины, по которой оказалось возможным пустить воду из Ардона.
После выселения осетин мусульман в Турцию, царизм всячески пытался искоренить Ислам в Осетии: "Села же (осетин) с преобладанием мусульманского населения, чаще всего не имели мечетей, что объясняется общей политикой царизма, напрвленной на ограничение этой религии среди осетин". "Однако феодальные фамилии дигорцев и тагаурцев обычно имели свои небольшие мечети, подобно адыгским княжеским фамилиям и дагестанским феодалам" (Б.А.Калоев. Осетины.стр.289-290,292)
В Алагирском обществе в начале 19 века также появились мусульманские общины, правда, никогда не было мечетей. Например, в с.с.В.Мизур и Быз жили алагирцы-мусульмане Бутаевы. В самом Алагире (Салугардане) среди Цомаевых были мусульмане,- в 1852г. Б.Цомаева вместе с семьей царская администрация выселила из Алагира в Чиколу. В Садоне жили алагирцы-мусульмане Бесоловы,- в 1852 году М.Бесолова с семьей также выселили из Садона в Чиколу. Даже в Туальском обществе (между Северной и Южной Осетиями) был аул, где жили осетины-мусульмане. Это известный аул Зебат в Нарской котловине, который описывал К.Л.Хетагуров в рассказе "Охота за турами". Аул располагался а стыке Куртатинского, Туальского и Тагаурского общества и состоял из 13 дворов.
Итак, в 19 веке Ислам распространился по всей Осетии, хотя, безусловно "очагами" Ислама были Дигория и Тагаурия. В 1892 г. выходцы из Санибы основали близ Гизельдона село Новая Саниба, где уже к 1917 г. была мечеть и мусульманская школа. В 1852 г. комиссия во главе с князьями Воронцовым и Эристовым выселила осетин мусульман из с.Алагир (Салугардан), Садон, Ахсау, Фаснал, Дур-Дур, Стур-Дигора и поселила их близ р.Урух (Ираф), а в 1859 г. способствовала уезду части их в Турцию. В 1856 г. князь Воронцов официально объявил равнинные села Осетии:Хазнидон, Вольно-Магаметановское (Чикола), Дур-Дур, Кора-Урсдон, Синдзикау, Карца, Заманкул, Тулатово (Беслан), Зилга, Шанаево (Брут), Карджин и Елхот (Эльхотово), отведенными для осетин-мусульман. Основанный в 1839 г.преимущественно осетинами-христианами село Скут-Кох (Раздзог) к 1856 г. стал мусульманским, т.к. все жители его приняли Ислам. В 1867г. между Алагиром и Кадгароном было основано новое село Ногкау (Пысылмонхъау), где поселились мусульмане. Выходцем из Ногкау был и известный осетинский поэт Ахмет Цаликов.
В 1911г. переселенцы-мусульмане основали с.Майрамадаг и так, как переселенцы были в основном из с.Зилга и Тулатово (Беслан), можно вполне назвать это село мусульманским. Первыми основателями Майрамадага были: Дзантемир Томаев, Ахмед Гумецев, Татаркан Газдаев, Шамиль Хосроев, Ильяс Фидаров, Мусса Кцоев, Ахмад Хадиков, Идрис Тхостов, Ислам Хадарцев, Газа Мисиков, Хаматкан Цомаев, Елкан Бекузаров. Переселенцев из Беслана было всего 34 семьи из Зильги - 4, из Гизели - 16, из Хумалага - 24 семьи. В с.Комсомольское (бывшее Воронцово-Дашково) тоже поселили мусульман из Заманкула. Ими были: Карас Токаев, Асланбек Хуцистов, Аслангирей Дзиов, Сосланбек Таутиев. Переселили в Комсомольское и эльхотовцев Габаца Салбиева, Дзардана Купеева и др. В 1920г. было основано с.Новый Батакаюрт, основателями которого были: Мусса Ходов, Идрис Дзугутов, Магомет Дзуцев, Садулла, Батырбек и Хадзбатр Караевы, Науруз и Бекмурза Кубаловы, Хадзмет Браев, Дзиу и Садулла Хумаровы, АбуБекир и Ислам Кадиевы, Идрис и Исламбек Беркаевы, Альмахет Арчинов, Ахмат Дамзов.

-ALAN-

Владикавказ – столица Северной Осетии.

В 1784 году у начала Военно-Грузинской дороги русскими войсками была заложена крепость Владикавказ, быстро превратившаяся в город. Именно здесь стали зарождаться первые отряды национальной интеллигенции.

Указ

Правительствующего сената о преобразовании крепости Владикавказ в город.

31 марта 1860 года.

В видах развития на Северном Кавказе торговли и промышленности и водворения начала мирной гражданской жизни между покорными горскими племенами, признав полезным, согласно представлению нашего наместника Кавказского, обратить находящуюся на Военно-Грузинской дороге из России в Закавказье, впереди главного хребта Кавказских гор, крепость Владикавказ с прилегающим к ней крепостным форштадтом в горд и даровав разные льготы и преимущества лицам, желающим водвориться в сем городе …

Александр

-ALAN-

Численность населения и национальный состав Осетии

http://www.region15.ru/docs/osseta-naselenie/

-ALAN-

ИЗ ИСТОРИИ АЛАН–ОСЕТИН

Арии

Дороги народов североиранской культуры, к которой относятся аланы-осетины, пролегали по многим территориям и в различные времена. Иногда они переплетались, а иногда разбегались друг от друга, теряя родственные связи. Порой они обрывались, пропадая навечно под зыбучими песками истории, а то вдруг возникали как бы ниоткуда и в тех местах, где само их наличие было непредсказуемо. Мы попытаемся рассказать Вам небольшую историю, связанную с судьбой культуры алан-осетин.

Это было очень давно - более четырех тысяч лет назад. Человеческая цивилизация делала тогда первые свои шаги, многие из которых современная наука может уже воскресить. Климат на планете благоприятствовал расцвету первых земледельческих культур, сосредоточенных в теплой зоне Средиземного моря, Персидского залива, Индии. Но к северу и востоку от древних цивилизаций простирались девственные пространства степей и лесов, обитель первобытнообщинных племен, из недр которых впоследствии появятся новые народы и новые цивилизации. Сегодня этническое разнообразие или родство народов наука определяет по языковому признаку. Язык народа становится его родословной и визитной карточкой в Историю.

В те далекие времена великие цивилизации не обращали внимания на северо-восток, откуда придут герои нашего рассказа, «великие» были заняты собой. В Египте архитектор Имхотеп чертил контуры знаменитой Ступенчатой пирамиды для фараона Джосера, на шумерских равнинах бурно развивались первые города-государства Ур, Урук, Лагаш, в долине Инда строители укладывали кирпичи в стены домов Махеджо-Даро, а кузнецы эгейских островов отливали свою первую бронзу. Именно в те далекие времена происходит одно из самых выдающихся событий в истории человечества.

На территории от Дуная до Урала появляется этническая общность, выделившаяся из среды индоевропейских народов в отдельную группу – индоиранцев и называвшую себя «арии», «люди, принадлежащие к данному роду». Породившие их бескрайние и великие евразийские степи (рис. 1) станут на ближайшие три с половиной тысячи лет уникальным полигоном для их культуры, в своеобразных условиях которой будут взращены духовные и художественные ценности, повлиявшие на цивилизации древнего и современного мира. Выходцами из этих степей будут созданы священные гимны Ригведы и Авесты, из их среды выйдут великие реформаторы религий и преобразователи обществ.

Негативное отношение к слову «арии», все еще ассоциируется в нашем сознании с немецким фашизмом использовавшим слово в своих идеологических целях. Само же словосочетание «арийские племена» и «арийские языки» применимо только к древним иранцам и индийцам, а также к их языкам, так как восходит к самоназванию этих древних племен – «арья»(arya). В письменных памятниках древней Индии и древнего Ирана слово «арья» воспроизводилось в смысле «благородный, свободный человек». От слова «арья» позднее образовались названия: страны Иран, древней области – Ариана, долины индийской реки Ганг – Арьяварта, одной из групп осетин – ирон и многие др. Как мы видим, собственно к арийским народам могут быть причислены только древние иранцы и индийцы, а к арийским языкам – индийские и иранские. Именно эти народы и составили историко-культурную индоиранскую общность.

В тот далекий и загадочный период индийцы и иранцы поклонялись одним богам, совершая для них однородные священные обряды (рис. 2, а, б, в, г). Сходной была не только их космогония, но и социальная организация. Общество делилось на три социальные группы – жрецов, воинов и земледельцев-скотоводов. Арии первыми в Старом свете приручили лошадь, изобрели колесо со спицами и колесницу, т.е. первое средство передвижения. Обретенная с этим открытием пространственная свобода позволила выделить из общей этнической массы индоиранцев динамичные пастушеские племена, сумевшие покорить бескрайнюю степь. С переходом к подвижным формам хозяйства арии создали все предпосылки для успешного кочевого скотоводства.

Менялись столетия, меняя облик древних цивилизаций. В Египте новый темнокожий фараон Ментухотпе провозглашает начало Среднего царства. На Крите расцветает минойская цивилизация. В то же время начинается закат Хараппской культуры в долине Инда. Шумеры передают политическую власть Вавилонии и Ассирии. Постепенно трансформируется и мир евразийских кочевников. Перемены в хозяйстве, успехи в металлургии, введение новой тактики боя, выделение в обществе привилегированных воинов-колесничих, а возможно и климатические изменения (наступление глобального похолодания) в середине II тыс. до н.э., привели к серьезным сдвигам в жизни евразийских степных племен, закончившимся окончательным распадом индоиранской общности.

Одно из племенных объединений ариев уходит из южнорусских степей, через Кавказ, в Переднюю Азию. Обладая новым знанием, арии обучают переднеазийские народы приемам тренировки лошадей и тактике колесничего боя, но ассимилированные ими исчезают с исторической арены. Время часто будет менять этническое лицо древнего народа, оставляя актуальным их культурное наследие. В договоре XIV в. до н.э. хеттского царя Шиппилулиумы I с царем Митанни Куртивазой упоминаются арийские, протоиндийские боги Митра, Варуна, Индра и (два) Насатья, а в другом хеттском тексте того же времени, известном под названием как «текст Киккули», отмечены арийские термины конноспортивной тренировки. Эту невероятную устойчивость их культуры мы будем постоянно отмечать на протяжении всей последующей человеческой истории.

В это же время другие арии (индоарии) двинулись из областей Средней Азии, через территорию занимаемую современным Таджикистаном, на северо-запад Индостана в области Гомал, Сват и Гандхару, переходя туда отдельными группами по горным перевалам Памира и Тянь-Шаня. Их трудный путь ученые проследили по оставленным могильникам, обрядовым захоронениям коней и наскальным изображениям колесниц (рис. 3, а). Через тысячелетие, этой же дорогой пройдут и их далекие потомки, восточные родственники скифов, сако-массагеты. Новый арийский народ Индии частично изменит свою материальную культуру, быт и привычки под влиянием местных условий и аборигенных народов, но сохранит при этом верность религии предков и консервативные законы своей древней духовной культуры.

Археологи и лингвисты, терпеливо разгребая пыль веков, достают из нее все новые и новые свидетельства великого переселения ариев со своей прародины (рис. 4). Подобно индоариям, откочевали во второй половине II тыс. до н.э. и часть иранских племен. В священной книге древних иранцев Авесте отразились воспоминания о продвижении ариев с прародины на юг. Вот как передает Авеста климатическую ситуацию тех лет связанную с глобальным похолоданием на земле: «… тогда пришел Анхра Майнью смертоносный, приготовил в реке, наполнявшей ту область, великую змею – Зиму. И стало здесь девять месяцев зимы и два – лета (прежде было семь зимних и пять летних). Зима разливает холод на воду, на землю и деревья. Очень жестока она посреди Арианам Ваэджо» (Видевдат,II,3).

Значительные миграции древних иранцев на юг привели к тому, что к VIII в. до н.э. почти на всей территории Средней Азии распространилась иранская речь. Население земледельческих оазисов юга – Бактрии, Согда, Маргианы, Хорезма говорит на том же иранском языке, что и кочевники степных и горных областей скифо–саки. Но на сегодня единственным продолжателем древней иранской языковой традиции является современный осетинский язык, язык небольшого кавказского народа.

Отток большой массы населения не опустошил прародину ариев. Оставшиеся в евразийских степях иранские пастушеские племена в начале I тыс. до н.э. достигли еще более значительных успехов в использовании лошади. Они первыми в мире научились стрелять из лука, сидя верхом на коне, на полном скаку (рис. 5, 6), произведя переворот в военном деле. Осознав это, могущественные военные отряды обладатели новой тактики и техники боя двинулись на юг. Через Кавказ и Среднюю Азию они проникают на Иранское нагорье, в богатые области неиндоевропейских народов, где с течением времени количество ирано-язычного населения значительно увеличивается, фиксируясь иранскими именами в ассирийских документах.

Часть пришлых кочевников оседает на занятой территории, становясь земледельцами и постепенно смешиваясь с местным населением, воспринявшим от пришельцев и язык и культуру. К VIII в. до н.э. иранцы уже жили на значительной территории Иранского нагорья: в районе озера Урмия, в Прикаспии и в Луристане, где находился широко известный в древности центр металлургического производства, на земле древнего Эламского царства и к востоку от Элама – в области Парсуа, от которой произошло название Персия. В VII в. до н.э. иранцы, обитавшие на северо-западе нагорья, усиливаются и образуют знаменитое Мидийское царство.

Незаметно происходит мировая смена лидерства. И хотя еще сильны древние цивилизации, уже взрастают в их среде новые, молодые. Расширяются Афины, закладывается Рим. Индо-арии создают социально-экономический базис возникновения городов-государств Индии. Под влиянием иранцев главной силой новых армий становятся конница и боевые колесницы. Начинается передел мира. Египет покорен Ассирией, ту вскоре поделят между собой Мидия и Вавилон, завоеванные впоследствии могущественной Персией, но и она через время окажется добычей Александра Македонского, хотя и ему на смену придут легионы Рима. Сильные приходят, чтобы захватить слабых и в свою очередь стать чьей-то добычей. История постоянно указывает на близость человека животному миру, и только культура возвращает ему человеческий облик.

Но эти сентенции не для молодой и встающей на ноги Мидии, вступающей в борьбу за лидерство с грозной Ассирией. Союзниками мидийцев в этой борьбе выступили их родственники - иранцы-скифы, пришедшие огромной ордой в Переднюю Азию из прикавказских степей. Но и на богатом юге скифы не изменяют обычаям предков, продолжая и здесь вести привычный кочевой образ жизни. Умелые конные воины, владевшие лучшим для своего времени оружием и тактикой боя, скифы, во главе со своим вождем Ишпакой, становятся вскоре значительной силой в Передней Азии образуя скифское царство Ишкуза (рис. 7).

В период переднеазийских походов территория обитания основного ядра скифских племен были степи Прикубанья и Северного Кавказа, сообщающиеся с Закавказьем и Передней Азией несколькими удобными путями, пролегавшими через центральнокавказские перевалы, и вдоль западного побережья Каспийского и восточного - Черного морей. Ныне в степных районах, простирающихся к северу от Главного Кавказского хребта, открыто немало погребальных памятников, дающих представление о локализации «царства Ишкуза» ассирийских источников. Именно сюда, в расположенные здесь скифские кочевья, стекалась богатая добыча из Передней Азии, со временем постепенно «оседавшая» в погребениях скифских вождей. Грандиозные Келермесские, Ульские, Большие Ставропольские курганы сохранили прекрасные образцы древнего ювелирного искусства, большое количество предметов вооружения, бытовую утварь. Наглядное представление о богатстве высших прослоек скифской аристократии этого времени дают также обнаруженные в I-ом Ульском кургане свыше 400 коней, сопровождавших захоронение.

Не ограничиваясь экономической прибылью скифская аристократия активно влияла на тогдашнюю «международную политику». Из скифской среды вышли правящие династии Мидии, Персии, Парфии и других стран (рис. 7а).

Организованные воины, подчиняющиеся только родовой идеологии, скифы вселяли ужас в сердца жителей обустроенных азиатских государств. Могущественный ассирийский царь Асархаддон (680 – 669 г. до н.э.), обеспокоенный военными успехами скифов, вопрошал своих поданных: «Разграбят ли, полонят ли многочисленную добычу, тяжкий полон с границ Ассирии?» Но и этому обожествляемому владыке ничего не остается, как только отдать свою дочь в жены варварскому царю Партатуа. В это же время библейский пророк Иеремия представляет скифов своему народу как кару божью. «Вот идет народ из северной страны, великий народ встает от краев земли. Держит лук и короткое копье, жесток! Они не сжалятся! Голос их ревет как море, скачут на конях, выстроившись как один человек... Лишь услышим весть о них, как опустятся у нас руки, тоска и горе охватывает нас…, вражеский меч наводит ужас со всех сторон».

И пророк не ошибся в своих ожиданиях. Конница скифов, в царствование иудейского владыки Иосии (VII в. до н.э.), появляется то в государстве Урарту, то в Палестине. Скифские передовые отряды устремляются даже к Египту, заставляя фараона Псамметиха I откупиться от них богатыми дарами. Но грозные всадники все же побывали у древних пирамид. Археологи нашли скифские захоронения с жертвенными конями у их подножья (рис. 7б).

Двадцать восемь лет (по Геродоту), а возможно и дольше, длилось господство скифов в Передней Азии, пока мидийский царь Киаксар не обезглавил скифское войско, коварно заманив его военачальников на пир и беспощадно перебив их (рис. 7 в). После этого кровавого пира, а скорее всего в силу изменившейся не в пользу скифов политической ситуации в регионе, основная их часть вернулась в степи Прикубанья и Северного Кавказа, а оставшаяся растворилась в местном населении.

Но арийская кровь все еще давала о себе знать в жилах южных иранцев. В 550 г. до н.э. мидийская держава пала. К власти пришли цари из области Парсуа из рода Ахеменидов. Вот как говорит один из них о себе: «Я Дарий, царь великий, сын Виштаспы, Ахеменид, перс, сын перса, ариец, из арийского племени…» Былое арийство переходит в область памяти, в мифологию. К VII в. до н.э. завершилось расселение иранских племен в пространстве Евразии. Одни из них стали оседлыми земледельцами, другие остались верны кочевой культуре предков.

http://www.anaharsis.ru/histori/Arii.htm

-ALAN-

Скифы

Можно ли сегодня представить себе наш мир без государств, границ, пограничников, таможенных постов, без дорог, мостов, распаханных полей, без столбов линий электропередачи, без всего того, что делает окружающий ландшафт узнаваемым и, как нам кажется, цивилизованным. А ведь было время, когда на многие тысячи километров горизонт был девственно чист, не меняя своего облика со времен создания.

Именно в таком бесконечном пространстве океана евразийских степей, ограниченного то морским берегом, то горными массивами, то непроходимыми лесами, а то и пустынями, формировалась уникальная история и культура кочевого мира северных иранцев. Здесь продолжали, в консервативной форме, функционировать духовные ценности протоарийской культуры, значительно видоизмененные оседлыми народами. Просторы Великой степи питали своих детей, давая им силу и веру противостоять не только древним империям, но и преодолевать любые препятствия времени и пространства. В ее глубинах вызревали идеи ставшие впоследствии реальностью, как для античной, так и для средневековой Европы. В просторах евразийской степи будет заложена идеология на основе, которой сформируется европейский феодализм, с элементами рыцарской культуры и духовной свободы, отголоском которой станет эпоха реформаторства. Историю этого огромного и своеобразного мира еще только предстоит написать.

Наличие в нашем распоряжении разнообразного аналитического материала о североиранцах, казалось бы, предполагает панорамный, законченный взгляд на их историю и культуру, но многие тайны степной ойкумены все еще остаются в тени. Являясь уникальными фрагментами когда-то великолепной историко-культурной мозаики эти тайны способны открыть нашему современнику так необходимые ему сегодня древние знания о взаимоотношении Бога, мира и человека.

Культура, которую мы называем североиранской, представляет собой обширную цивилизацию, объединяющую родственный круг культур так называемого скифо-сибирского типа. Наше представление о них за последнее время существенно расширилось и обогатилось благодаря культурным памятникам Кавказа, Алтая, Казахстана, Тувы, Афганистана. Эта общность культур на заре железного века охватывает огромную территорию степей, полупустынь и горных районов от Дуная до Хуанхе.

Сведения о скифах, сарматах, саках, массагетах и других иранских племенах в основном находятся в античных источниках, а также персидских и китайских хрониках (рис. 8). Вот что сообщает древнегреческий историк Геродот (V в. до н.э.) о родине скифов: «Кочевые племена скифов обитали в Азии. Когда массагеты вытеснили их оттуда военной силой, скифы перешли Аракс (Аму-Дарью) и прибыли в киммерийскую землю» (IV, 11). Говоря о массагетах он отмечает, что последние живут за Араксом, напротив исседонов, местоположение которых в настоящее время принято локализовать в Зауралье-Притоболье. Современные исследования отмечают присутствие североиранской культуры в южнорусских степях во II тыс. до н. э.

В своей культуре скифы продолжали опираться на космогоническую идеологию ариев считая, что вселенная – это единство трех миров, расположенных в пространстве друг над другом (рис. 9, а, б). Верхний представлялся им обителью Бога-отца, зоной Неба и Солнца, Нижний – Богини-матери, зоной земных и водных глубин, Средний был их собственным местом обитания. В соответствии с арийской традицией общескифский пантеон состоял из семи божеств. В дальнейшем его наличие будет отмечено у раннесредневековых алан и в традиционной культуре осетин.

Более всего на свете скифы почитали Огонь. Они считали его высшей стихией, в которой видели символ энергии мироздания. Им казалось, что всепроникающий и всеочищающий, он пронизывает все три зоны мира. По преданию, которое поколения из уст в уста передавали друг другу, именно Огонь зародил на Земле жизнь, породил первого человека, а вместе с ним – первую лошадь и первую собаку, его верных и неизменных спутников на дорогах истории.

Мы частично проследили историю скифов с момента их походов сначала на Кавказ, а потом и в Переднюю Азию. Вследствие этих походов Кавказ на долгие времена становится пространством активного функционирования североиранской культуры. В его археологических памятниках безукоризненно точно засвидетельствована встреча скифской культуры с поздней киммерийской. Эти культурные процессы отразились и в знаменитой кобанско-тлийской культуре Северного и Южного Кавказа, принадлежность которой многие ученые относят к одной из групп индоевропейских народов.

Кобанско-тлийская культура бытовала в районах Центрального Кавказа и, в первую очередь, на территории Северной и Южной Осетии три тысячи лет тому назад (конец II - середина I тыс. до н. э.) (рис. 10, а). Кобанской ее назвали по имени осетинского селения Кобан, где в 1869 году впервые были случайно обнаружены поразительной красоты бронзовые предметы. О кобанских топорах, фибулах, булавках, навершиях, браслетах, пряжках от поясов, серьгах стало известно культурной общественности всего мира. Исследователи считают, что по богатству, оригинальности и исключительному разнообразию предметов кобанская культура нисколько не уступает ни так называемой гальштатской культуре Западной Европы, ни не менее известной луристанской бронзе Западного Ирана. Возле горного селения Тли (Южная Осетия) археологом Багратом Теховым был вскрыт второй по значимости очаг кобанской культуры, что и послужило к изменению обозначения культуры как кобанско-тлийской.

Но захоронения скифских вождей в так называемых Царских курганах превосходили по своему богатству своих кобано-тлийских собратьев (рис. 11, а, б). Золото, литая бронза, богато разукрашенное оружие, доспехи. Исследователи отмечают своеобразие стиля скифской культуры, визитной карточкой которой является так называемый звериный стиль их искусства (рис. 12, а). В научной среде не утихают споры о том, откуда и под чьим влиянием он появился. Но археологи точно установили, что знаменитый скифский стиль уже существовал в Предкавказье и Северном Причерноморье во время скифских походов в Переднюю Азию. Научный анализ показал несостоятельность идеи о культурном влиянии и зависимости скифов от тех или иных переднеазийские культур. Даже наш краткий исторический обзор постоянно демонстрирует стойкость и консерватизм древних духовных ценностей североиранских народов проявляемый ими сквозь время и пространство.

Сила воздействия скифской культуры на культуры кавказских народов была столь значительна, что позволяет предполагать, во-первых, длительность их пребывания, во вторых, проникновение и оседание на Кавказе значительной массы киммерийских, а затем скифских войск, что позволило в течение продолжительного времени сохранять и подвергать художественной местной обработке элементы североиранской (скифской) культуры и искусства (рис. 13).

Со временем на Кавказ придут сармато-аланы, сделав свое проживание в этих местах постоянным. Эти же процессы культурного влияния прослеживаются учеными в регионах соприкосновения североиранцев с кельтами, германцами, фракийцами, балтославянами. Но и за Уралом происходили те же процессы. Сако-массагетский ареал влиял на культуру угро-финов, народов севера, тюрков, китайцев, корейцев, и как показывают последние исследования, это влияние прослеживается и в японской мифологии. Так, например, в раннеугорский пантеон попадает древнеиранский верховный бог Митра, под именем Мир-сусне-хум (Золотой Бог). Геродот прямо отмечал культурное превосходство скифов над другими народами, проживающими к северу от Черного моря (IV, 46). Это превосходство выражалось в первую очередь в хорошо структурированной картине мира, воздействовавшей на все сферы жизнедеятельности скифского общества. Именно сила и стойкость североиранской картины мира повлияла на соседние народы, приводя их к культурному заимствованию.


По возвращению из закавказских походов в степи Прикубанья, Северного Кавказа и Причерноморья скифы начинают выстраивать новую модель своего социально-экономического существования – усиливая контроль за перемещением зерна из лесостепной зоны Северного Причерноморья в богатые греческие города, прежде всего в Ольвию, располагавшуюся на берегу Днепро-Бугского лимана, и крымский Херсонес, а так же за греческим импортом шедшим в обратном направлении. Но в свою очередь и лесостепь затягивает в свою культурную оседлость традиционных кочевников, вследствие чего становившихся земледельцами, торговцами, ремесленниками.

Именно на основе новых социально-экономических отношений складываются основы первого государственного образования Восточной Европы – Причерноморской Скифии (рис. 14, а). А в результате победоносной борьбы с персидским царем Дарием, ставшей тяжелым испытанием для молодого государственного образования, скифы привлекли на свою сторону многие племена, окончательно снискав себе славу непобедимых (рис. 15).

Говоря о скифах греческий историк V в. до н.э. Фукидид писал: «С этим последним народом не только не могут сравниться европейские царства, но даже в Азии нет народа, который мог бы один на один противостоять скифам, если они будут единодушны». Порой им изменяет это качество, и тогда их судьба круто меняется.

Односторонний взгляд на скифов как на жестоких кочевников, этаких разбойников с большой дороги, давно уже опровергнут учеными. В так называемой, геродотовской Скифии жили не только кочевники, но и оседлые скифы-пахари, и скифы-земледельцы (IV, 17), гончары, мастера по металлу, дереву, коже. Многие традиционные земледельческие орудия осетин – соха, плуг, борона, серп – восходят к древнеиранскому (скифскому) корню. К нему же восходят осетинские названия наиболее распространенных зерновых культур – пшеница, просо, ячмень. Скифы вели успешную торговлю хлебом с расположившимися на берегу Черного моря греческими городами.

Но в то же время скифы оставались классическими скотоводами, мастерами по использованию продуктов животноводства. В современном осетинском языке очень старыми словами являются как различные названия шерсти, так и ткацкие термины и наименования частей веретена и ткацкого станка. Это свидетельствует о том, что развитая у осетин традиционная культура изготовления сукна из шерсти, равно как и выделка войлока, имеет истоки в глубокой иранской древности. Об этом свидетельствуют и обширные археологические находки.

Скифы производили не только шерстяные, но и конопляные и льняные ткани. Одежду шили при помощи металлической иглы. В длинных шароварах и коротком кафтане, которые в зимнее время дополнялись тулупом, им удобно было сидеть на коне. Головной убор представлял собой остроконечную шапку из войлока, прообраз традиционного кавказского башлыка, а обувь являлась подобием мягких кожаных сапог (рис. 16, а).

Едой скифам служили продукты скотоводства и земледелия – мясо, молоко, сыр, хлеб. Для варки мяса и ритуального пива они использовали специальные котлы. Скифы умели получать из молока масло. По рассказу Геродота, они сбивали его в длинном деревянном сосуде при помощи палки, имеющей на конце мутовку. Подобное приспособление до недавнего времени существовало в традиционном осетинском быту. Можно добавить и то, что наиболее почитаемыми и распространенными блюдами современных осетин являются пирог с мясом и пирог с сыром, названия которых тоже восходят к древнеиранскому (скифскому) корню. Но важнее всего то, что и у кочевавших и у оседло живущих скифов были отмечены идентичные формы этнической культуры, что может говорить о религиозном и информационном единстве в пространстве скифских земель.

Расширение торгово-экономической деятельности в Скифии потребовало от ее участников создания городских центров, которые возникают в лесостепном междуречье Днестра и Днепра, а также в бассейне Псла и Ворсклы. Здесь выявлены сооруженные в скифское время огромные городища, площадь которых насчитывает сотни и тысячи гектаров. Это Бельское городище на Средней Ворскле, Каратульское – вблизи современного г. Переяслав-Хмельницкого, Большое Ходосовское на южной окраине Киева, Немировское на Винничине и др. Здесь организуется торговля скифского мира с греческими городами и соседними племенами лесостепи. Торговые пути связывают эти центры с сарматской золотодобычей Приуралья, богатыми городами Средней Азии и Индии. Одним из подобных поселений является Каменное городище, возникшее в IV в. до н.э. в центре степной Скифии и ставшее на долгие годы ее металлургической столицей.


В описываемые времена железная металлургия уже достигла значительного развития, что не могло не повлиять на скифскую материальную культуру. Ряды ремесленников – гончаров, мастеров по обработке дерева, кожи – пополнили мастера по обработке металла. Скифы с успехом освоили технологию литья и чеканки. Они изобрели отливаемые из бронзы и железа втульчатые двухперые и трехперые наконечники и таким образом усовершенствоавали свое основное оружие – лук и стрелы (рис. 17, а, б). Стрелы с такими наконечниками обладали повышенной дальнобойностью (до 500 метров) и пробивной силой, позволяя скифскому лучнику держаться на безопасном расстоянии от врага.

Но скифы остались в памяти человечества не только как искусные воины. История навсегда сохранила имена выдающихся скифов – философа Анахарсиса (рис. 18, а), врача Токсариса и мудрого жреца Абариса. По словам географа и историка древности Страбона, «Анахарсис, Абарис и некоторые другие скифы, им подобные, пользовались большой славой среди эллинов, ибо они обнаруживали характерные черты своего племени: любезность, простоту и прямодушие».

Скифский царевич Анахарсис был признан в античности одним из величайших семи мудрецов древности. Варвар по рождению, он был человеком, дружбу с которым почитали за честь для себя самые выдающиеся и утонченные люди его времени. Слава его была столь велика, что древние греки приписывали ему изобретение горящего трута, двузубого якоря и гончарного круга.

Легендарному скифскому врачу Токсарису греки приносили жертвы как божеству и объявили его потомком Асклепия – бога врачевания.

О скифском жреце Абарисе предания говорят, что он мог изгонять мор, усмирять ветры, предсказывать стихийные бедствия. Абарис имел беседы с Пифагором «о промысле богов, о небесных явлениях и земных переменах».

Это было время наивысшего культурно-экономического могущества Скифии. Ее знать умело контролирует экспорт зерна из Боспора в Грецию и обратный импорт вина и масел, что позволяет ей быстро обогащаться, укрепляя свои властные позиции, но, в то же время, приводит к резкому имущественному расслоению в обществе, возможно и повлиявшему на дальнейшую историческую судьбу народа.

Вершина скифской государственности приходится на правление царя Атея, продолжившего объединительную политику и даже пытавшегося выпускать свою монету (рис. 19, а). Но его претензии на фракийские земли стакнутся с такими же претензиями Филиппа Македонского, что и приведет в 339 г. до н.э. к военному столкновению между ними и серьезному поражению скифов. В этом же году погибает девяностолетний царь Атей, возможно последний могущественный владыка Великой Скифии.