Nohcho vu so

Вместо Предисловия

...Они долго стояли у развилки дороги и в воздухе ощущалась какая-то тяжесть. Он знал, что если посмотрит ей в глаза, то её взгляд, её глаза, большие и безумно красивые, но на этот раз полные слёз, смогут многое изменить. И поэтому он не мог, а точнее, не смел этого позволить. Она стояла перед ним, безмолвно глядя в бесконечность: её взгляд был направлен в сторону горизонта, где небо и земля всё-таки могут встретиться. В её глазах можно было заметить всю боль и обиду на весь мир. За последние один-два месяца из юнной и беззаботной девушки она превратилась в человека, чьё сердце каждым стуком напоминало ей о приближающейся разлуке.
Разлука... Простое слово, которое раньше, возможно, и не содержало в себе столько трагичного, как сегодня и как для неё...
Она стояла молча и за всё это время не сказала ни одного слова, но только по нехарактерному дыханию он понимал, что её сердце разрывается, что она молча плачет, хотя слёзы, словно льдинки, неподвижно застыли в её зелёных, как изумруд, глазах.
- Я всегда буду любить тебя, что бы не случилось со мной. Мне никто и никогда не сможет заменить тебя. Я всегда знал, что мне без тебя не прожить и секунды, и я, даже покинув этот мир, всё равно буду любить только тебя одну, - но эти слова он не смел произнести вслух, и от этого его сердце словно рвалось из груди, он будто враждовал сам с собой, а точнее, боролись Сердце и Разум.
И, словно сердцем услышав безмолвные слова, она посмотрела ему прямо в глаза:
- Я всё равно буду ждать только тебя. Помни это.
От этих слов и её взгляда у него внутри что-то перевернулось. Лишь теперь, лишь в эту минуту он понял, что означают эти три слова, которые часто все говорят, не придавая им значения, священного значения истинного чувства, которое бывает лишь раз в жизни и которое посылается Всевышним.
Но он должен был уйти. И они оба это хорошо понимали. За последнее время они оба очень быстро повзрослели: из юнной, она стала взрослым человеком, чьё мышление меняет не время, а обстоятельства и ощущение приближающегося решения; он, из обыкновенного парня, на глазах стал мужчиной: пыл юности исчез, он уже с тоской вспоминал те годы, когда с ровесниками они беззаботно проводили своё время в планах на будущее.
Будущее... Теперь он не знал, каким будет будущее, да и вообще, что принесёт ему приближающийся час. Неизвестность û убийственна. Она убивает в тебе понятие будущего, но ты живёшь лишь надеждой, что всё это просто скоро закончится. Ты веришь, что зло долго не может длиться и ему тоже наступит конец.
Но эта минута всё-таки наступила. Вздохнув полной грудью, словно принимая для себя самое тяжёлое решение, он сказал:
- Мне пора, - и, повернувшись, с тяжёлым ощущением слева на груди, уверенным шагом пошёл вдоль по дороге.
Она долго смотрела ему вслед, пока его фигура, мужественная, словно родные горы, не стала исчезать за горизонтом. Теперь его уже не было видно, но она не хотела уходить, словно неведомая сила удерживала её, парализовав на время. И только сейчас, только после того, как его уже не было рядом, слёзы предательски стали бежать по щеке, с каждым разом обжигая всё сильнее и сильнее.
Она не знала, сколько времени она стояла, как вкопанная. В мыслях, словно стрелой, проносились все встречи и его каждые слова, каждый взгляд. Она вспоминала, как она звонко смеялась, когда он ей рассказывал что-то смешное. И она снова видела его взгляд, полный любви и нежности, и от этого сердце сжималось всё сильнее и сильнее. И она не выдержала...
Она просто тихо присела на землю, взявшись руками за голову, и долго-долго плакала. Её крика и стона никто не слышал и не смог бы услышать, потому что душа рыдает безмолвно. Она ощущала как с каждым таким «рыданием» её сердце разрывается на мелкие частицы.
Никто её не слышал. Никто её не видел. И только высокие горы, которыми она восхищалась с детства, делили с ней её горе...

__________________
оттуда, откуда меня трудно достать. И войти туда могут только избранные. А для того чтобы быть избранным, нужно как минимум УМЕРЕТЬ.

Nohcho vu so

Массивных боевых действий уже не было, но и мир тоже не возвращался на её Родину. Воздух до сих пор всё ещё пахнет порохом, память хранит в себе всю трагедию былого прошлого. Большинство друзей уехало, некоторые погибли, от школы остались руины, словно то были не руины здания, а вся трагичность её, ещё не начавшейся, но уже законченной юности. Таких, как она, были десятки, сотни. Но у каждого была своя трагедия, своё печальное прошлое и разрушевшиеся мечты...
- О, Аллах! За что же такое наказание и беды? - не находя ответа, мысль мучительно пронзала сердце, словно лезвием истязая её душу.
Она часто думала о том, как было бы прекрасно, если б всего этого ужаса не было. Не было бы криков матерей и свиста разрывающегося снаряда. Но это жизнь, и она всегда состоит из полосы чёрной и полосы белой. Вот и сейчас для её народа, маленького, но гордого, наступила чёрная полоса. Она верила, что в жизни не может быть всегда плохо, что после ночи всегда наступает утро; и теперь, она твёрдо верит, что и на этот раз её народ пройдёт через все испытания и страдания с высоко поднятой головой.
Эту встречу, ту самую, которую она хранила у себя в сердце уже столько времени, она помнила до мелочей. А теперь, когда силы её покидали, когда хотелось закрыть глаза, словно спрятаться от всего ужаса и безумства, она думала о нём, представляя, как трудно ему вне дома. Ему, который решил стать воином. Во истину, самые храбрые и отважные сыны Родины стоят на её защите, проливая за неё свою кровь.
Говорят, что Родина û это мать. И если Родина в беде, значит, тебя зовёт Мать! Вот почему он решил стать воином. Вот почему он решил защищать самое святое, что есть у человека û Мать!
Сегодня она услышала разговор взрослых о том, что отряд, в котором он был, находится почти рядом с её селом, буквально в нескольких километрах от их дома. Сердце, словно вышедший из строя часовой механизм, начало с бешенной силой колотиться в её груди. За последнее время у неё впервые в глазах появился огонёк надежды, что человек, которого она так сильно любит, находится не так далеко от неё.
- О, Аллах! Спасибо тебе за то, что ты слышишь мои молитвы и оберегаешь его, - со слезами радости говорил её разум.
На неё было на самом деле приятно смотреть. Она выглядела словно бутон розы, которой от долгожданного дождя стал снова оживать. У неё даже появился румяц на щеках, и она, за последние несколько месяцев, впервые улыбнулась себе.
Так прошёл её день, потом другой, третий... Так прошла неделя. Но сердце не слушалось, словно чувствовало чего-то. А чего? На этот вопрос она не могла дать ответа. Каждое утро она ждала чего-то приятного, но это приятное так и не случалось...
Она медленным шагом шла по улице. Всю дорогу на сердце было какое-то странное и необыкновенное чувство. И уже подходя к дому, она вдруг резко почувствовала какую-то тяжесть на спине, словно всё тело перестало ей подчиняться. «Что это со мной?» - подумала она. И вдруг, словно услышав свой внутренний голос, она машинально обернулась, посмотрев на противоположную сторону дороги. На соседней улице она увидела кого-то очень знакомого: та же фигура, широкие плечи... «Не может этого быть?!» - пронеслось в её голове.
Перед ней стоял... он. Увидев его, от неожиданности она слегка ахнула. И слезы, может счастья, а может результат тех бессонных ночей и долгой разлуки, что стали её друзьями за последнее время, наполнили ей глаза.
Он смотрел на неё, не в силах сделать даже шагу. Он просто стоял и смотрел на неё, на человека, которого не хватало ему всё это время, о ком он думал даже во время боя, ради кого отдал бы свою жизнь до последнего вздоха. Глядя на неё, он понимал, ради кого отказался от уютного дома, ради кого он подставил бы спину, но лишь уберечь бы это, такое нежное и безупречное, создание Аллаха. И от этих мыслей он впервые улыбнулся...

__________________
оттуда, откуда меня трудно достать. И войти туда могут только избранные. А для того чтобы быть избранным, нужно как минимум УМЕРЕТЬ.

Nohcho vu so

У каждого народа есть свой геральдический знак. В нём он видит все свои характерные черты и образ жизни. Говоря «народ», имеется в виду не «толпа» людей, лишённая своих исторических и национальных корней. Имеется в виду народ, представители которого богаты многовековыми традициями, историей и, главное, памятью предков.
Сложно подчинить себе народ, чьим символом является Волк, - это благородное животное, в которое природа вложила дерзость и отвагу. Будучи средних размеров, он не боится вступить в бой с соперником, чьи силы превосходят его. И даже погибая, волк умирает в бою, при этом встречая свою смерть достойно, оставаясь непокорённым.
Волка невозможно приручить. С ним можно только дружить, и то, если он сам позволит быть этой дружбе. И тогда, коль примет он тебя за своего, в нём, кроме преданного друга, готового отдать за тебя жизнь, не увидишь ни предательства, ни трусости. Но бойся его, если почуял он в этой дружбе неискренность!
Об этом всегда следует помнить, начиная бой против волков. Чем меньше народ, тем сильнее в нём дух свободы и тем громче слышны голоса праотцов, тем крепче цепь, что объединяет их, делая стаей. И в бою, отступая и зализывая раны, волк никогда не забывает нанесённой ему обиды. Отойдя назад, он бросается в бой с ещё большей силой и яростью.
Об этом стоило вспомнить тому, кто начал бой с «волками» - «волк» никогда не отступает, он только выжидает удобного случая, неподвижно и хладнокровно затаившись в засаде.
Ливень стоял стеной. Земля содрогалась от раскатов грома. Казалось, что небеса плачат от увиденного ими ужаса.
От страха на душе становилось жутко, словно Всевышний приходил в ярость от того, на что способен человек, тот самый, которого Он сотворил, а теперь так жестоко уничтожающего само человечество.
Всё в этом мире подчинено Законам. Нет, не человеческим законам, а законам Всевышнего. И тогда, когда люди теряют веру и доброту, когда ими овладевает жестокость и страх Судного Дня уже не останавливает их, вот тогда Он посылает на землю проклятия в виде войн и природных катаклизм.
И видя, как природа восстаёт против человека, как сегодняшнее живое буквально в считанные секунды превращается во вчерашнее прошлое, вот тогда даже неверующий, подняв руки и обратившись к Создателю миров, становится верующим, ибо нет иной силы, кроме воли Аллаха!
Сколько ещё жестокости и несправедливости, сколько ещё бед и страданий должен принести человек человеку, чтобы осознать, что в этом мире он никто, что он всего-лишь один из элементов вечной цепи, разорвав которую, неизбежно ускорит процессы, результатом которых станут новые трагедии и беды, ужаснее и страшнее предыдущих.
Но что же тогда жизнь? Жизнь û это испытание, своего рода экзамен, пройдя который, ты получишь своё вознаграждение û вечность или небытие. Конечный результат, словно лакмусовая бумага, выявит весь твой путь и способы его прохождения. А если в конце твои ожидания себя не оправдают, то не пеняй на судьбу, коль судьба была цепью препятствий на твоём пути, где только тебе принадлежал выбор - выбор прохождения через все препятствия, которые были ниспосланы тебе. Не старайся осудить всех и вся, ибо сам небезгрешен. И не жалуйся на результат, так как каков был твой выбор, таким и стал твой исход.

__________________
оттуда, откуда меня трудно достать. И войти туда могут только избранные. А для того чтобы быть избранным, нужно как минимум УМЕРЕТЬ.

Nohcho vu so

Этот день он решил посвятить ей. Зная, что очень рискует, и рискует прежде всего её жизнью, он всё же подошел к ней и, улыбнушись, решил первым начать разговор:
- Ассаламу алейкум. Как же долго мы не виделись. Как ты? Как дома?
Она смотрела на него и в её взгляде можно было прочесть гордость. Никогда она ещё так не гордилась им. Перед ней стоял уже не тот парень, которого она знала, а настоящий мужчина, воин, кто без доли страха каждый день смотрит в глаза смерти. За эту войну у него погибли девять братьев, и для себя он решил, что обязательно продолжит их путь, он сделает всё от него зависящее, чтобы родной город, любимая Родина снова обрели покой и по дорогам, шумно и звонко смеясь, бегали дети, а не раздовались грохот бронетехники и истошные крики матерей.
Грустно опустив голову и скрыв набежавшую слезу, она ответила:
- Я решила остаться тут и не покидать родных.
Но он знал её давно, и сказав «не покидать родных», он понял, что она хотела сказать «я не уеду отсюда без тебя». И чтобы не смутить девушку, он не показал, что понял её слов, тех самых, которые она прятала у себя в сердце.
Они шли по улице в сторону её дома. Редких прохожих можно было заметить на улице. В последнее время люди всё реже и реже выходили из своих домов, а если и выходили, то спешили поскорее вернуться. Мужчин, задержавшихся на улице чуть дольше положенного, забирали люди в военной форме, увозя их в неизвестном направлении. А потом они бесследно исчезали, как-будто таких людей вовсе и не было.
Война. Как же много печального и трагичного содержит это слово. Как много боли принесла эта война простым мирным людям. Война - это просто глупая и неисправимая для человеческих судеб ошибка глупца, который её начинает, в то время как два народа страдают от неисправимости ошибки. Солдаты, молодые ребята, которых заведамо посылают на гибель, и воины, которые обязаны воевать, чтобы защитить свою Родину, все они должны сталкиваться с той трагически неисправимой ошибкой, а результатом всегда становится ненависть одного народа к другому. И не мало времени пройдёт, чтобы люди снова смогли доверять друг другу. Вот, о чём должны помнить те, которые решаются на такой шаг û на роковую ошибку - помнить о том, что люди теряют самое важное, - доверие друг к другу.
И проходя по улице, он вспомнил один случай, о котором рассказывали в селе.
Шёл бой. Потери шли с обеих сторон. Отступая, один из солдат забежал в руины разрушенной больницы. От страха у него тряслись руки и единственное, чего он хотел, это смерти, как спасение от того ужаса, в котором ему пришлось оказаться по приказу своих командиров. Услышав лёгкий шум за спиной, он резко обернулся, крепко сжав в руке снайперскую винтовку, но от шока он был не в состоянии ею воспользоваться. Перед ним стоял противник, его враг, как учили командиры. В лоб упорно смотрело дуло автомата и оно говорило красноречивее любых угроз. Нет, он не стал ни сопротивляться, ни просить его пощадить. Он вообще молчал, словно на мгновение потеряв дар речи. Весь ужас и нелепость случившегося можно было прочесть в его глазах. Перед ним стоял противник, который по возрасту, возможно, был старше его отца. Это был воин, на которого указывая пальцем, говорили «боевик». Тот самый, который оставив дома семью и очаг, был вынужден с оружием в руках защищать свою Родину. А теперь человека, защищающего свой дом, семью, Родину, называли таким несправедливым словом. Посмотрев в глаза солдату, а точнее, ещё не оформившегося юнца, воин опустил автомат.
- Беги! - сказал он и, повернувшись спиной, стал удаляться в глубину руин.
Солдат, всё ещё не веря в случившееся, беспомощно сжимал оружие.
В это мгновение он осознавал всё предательство тех, кто упорно твердили ему, что это враг и достоин смерти. Теперь, столкнувшись один на один со своим «врагом», он понял насколько несправедлива была вся эта война и те, кто отдавал приказы на уничтожение целых сёл, уверяя в том, что в домах прячутся его враги. Он вспоминал, как после так называемых зачисток из домов были слышны крики матерей, как пронзительно кричали дети, и как горько плакал малыш, сидя на коленях перед трупом своей матери. И, вспомнив глаза того малыша, ребёнка, который по чьему-то приказу остался круглым сиротой, уверенно нажал на спусковой курок винтовки...
В развалинах дома раздался выстрел. Обернувшись, воин увидел, как по стене медленно опускался на землю солдат с простреленным виском. Его глаза были широко раскрыты и в них можно было прочесть разочарование. Абсолютное разочарование во всём, чему его учили и упорно старались убедить. Всё же разум взял вверх над глупой и трагичной убеждённостью командовавших им.
- Пусть простит Аллах твои грехи! - сказав, воин с грустью вышел из развалин.
И вспоминая теперь эту историю, он думал о всей нелепости и несовершенстве этого времени, будто кошмар из сна прорвался в реальность. Почувствовав тяжесть, что мучила его, она спросила:
- То, о чём ты думаешь, касается меня?
- Я не хочу, чтобы ты тут оставалась. Я помогу тебе уехать к родственникам. Ты пойми, мне так будет легче, зная, что ты вне опасности.
- Нет. Я никуда не уеду. Это моя Родина и я останусь тут, - твёрдо решив, сказала она. А потом помолчав, чуть тихим голосом добавила, - Я не смогу жить вдалеке зная, что те кого я люблю, находятся тут и каждый день рискуют жизнью.
До дома они уже шли молча. Дойдя до ворот, она обернулась к нему и, словно прося, сказала:
- Береги себя. Я не хочу остаться одной.

__________________
оттуда, откуда меня трудно достать. И войти туда могут только избранные. А для того чтобы быть избранным, нужно как минимум УМЕРЕТЬ.

Nohcho vu so

Весна медленно, но уверенно приходила с каждым днём. Подножие горы покрывалось светло-зелёным полотном с мелкими белыми цветами. Воздух был наполнен чем-то очень приятным. Высокие горы начинали снимать свои белоснежные шапки. Но ещё ни разу не было такого, чтоб горы оставались обнажёнными. Всегда, хоть и не глубокий, но всё же небольшой покров снега был замечен на вершинах гор. Даже летом эти могучие сторожи времени носили белоснежные головные уборы.
Это и есть чудо природы. Вот она, истинная красота природы, которая не может быть создана человеком!
Природа. Всё в ней прекрасно и завораживающе маняще. И могучие горы, вечно носящие белоснежные папахи, и манящая красота водопада, дающего о себе знать грохотом падающей воды и сказочно-таинственным туманом, который словно обрамлён радугой. Красоту несёт даже лава, чей непокорный нрав не могут удержать в себе сильные вулканы.
Вот и теперь красота природы давала ещё раз о себе знать с приходом весны, словно пробуждая всё вокруг от долгого зимнего сна.
Давно уже Непокорный не приводил свою стаю к подножию этой горы. Может, он переживал за подростающих, а возможно и не хотел лишний раз встречаться с «проклятыми». Такое неприятное и, скорее всего, подходящее название было за кучкой шакалов. Да, не стаей, а именно кучкой трусливых шакалов, присутствие духа которых у Непокорного вызывало отвращение. - - Как же мудрая природа смогла допустить появление этих «проклятых»? - каждый раз задавался вопросом Непокорный, и каждый раз его передёргивало от их присутствия, пусть и далёкого.
В округе все знали о Непокорном. Для «проклятых» он был словно божья кара. Никто не смел переступить невидимую черту Непокорного. Её никто не видел, но все знали, что переступившего ждёт лишь одно û смерть.
Говорят, что у каждой личности есть такая черта, своего рода граница. И переступившего эту черту может ожидать лишь два исхода: либо победа над хозяином этой черты и тем самым становление нового лидера, либо смерть, как наказание за самоуверенность и гордыню.
Непокорный стал вожаком уже будучи молодым волком. О его лидерстве говорили глубокий шрам на шее от зубов противника и переломанная кость передней левой лапы, что придавала его походке пусть и лёгкое, но благородное прихрамывание.
Своё имя он оправдал ещё в детстве, когда вожаком был его отец. Многие носили на себе шрамы за попытку стать лидером и за усомнение в силах Дерзкого. Это была на самом деле легендарная личность, о которой знают все стаи, и упоминание имени которого у «проклятых» вызывает ужас и неописуемый страх. Каждый раз приводя к озеру свою стаю, Дерзкий шёл одной и той же тропой. И все знали, что переходить дорогу Дерзкому - глупо и небезопасно.
Ещё в детстве, когда Непокорный был совсем маленьким и резвился с братьями и сёстрами на берегу озера, у подножия гор появились «проклятые». Уже вечерело, и лёгкий туман покрывал склоны гор. Стая насторожилась, но нападать на них первыми не одобрял даже Дерзкий. Он был мудрым вожаком и не позволял себе лишнюю и наигранную позу лидера. Но всё же не посчитал лишним дать предупреждение «проклятым», пронзив вечернюю тишину громким и протяжным воем. Сразу же на его голос с гор послышался ответный вой других вожаков, ночевавших в пещерах и ущельях. Этого было достаточно, чтобы «проклятые» ушли, бросив идею соседства с Дерзким. Ночь незаметно опустилась на горы и малыши дружно улеглись все вместе возле большого камня. Их сторожила Гордая, мать Непокорного, находясь под заботливым взглядом Дерзкого.
-Ты думаешь он сможет заменить тебя и стать следующим вожаком, когда придёт время? û спросила у Дерзкого Гордая.
-Не знаю. Но думаю, что ему ещё нужно пройти через многое, чтобы стать вожаком и отвечать за всю стаю.
-Для меня он всегда останется таким же маленьким и беззащитным, - вздохнув, сказала Гордая.
-Нет. Он не должен быть всегда под твоей опекой, иначе не сможет выжить и погибнет, - ответил Дерзкий и закрыл глаза, тем самым давая понять, что разговор окончен.
Но ни он, ни Гордая не смогли заметить того, что Непокорный вовсе не спит и слышал весь разговор отца с матерью.
Утро первыми лучами восходящего солнца дало начало новому дню. Стая стала постепенно просыпаться. Первыми поднялись самые маленькие.
Непокорный помнил весь вчерашний разговор, но своими поступками давал понять, что как и все остальные, мирно спал. В голове вертелась фраза матери - «всегда останется таким же маленьким и беззащитным».
- Ничего, - подумал Непокорный, û вам всем ещё придётся сменить мнение о моей беззащитности.

__________________
оттуда, откуда меня трудно достать. И войти туда могут только избранные. А для того чтобы быть избранным, нужно как минимум УМЕРЕТЬ.

Nohcho vu so

Проводив её до дома, он решил заглянуть к своему товарищу, с которым они вместе учились в одном классе. Зайдя во двор, он оглянулся. Что-то не понравилось ему в этой тишине, что-то неприятное таила она. За всё это время, может и немногое, но то, что сделало из него воина, в нём сильно обострилось чувство интуиции. Он как-бы ощущал то, что ещё не случилось. И интуиция его ни разу не подводила. Вот и теперь он, словно охотящийся зверь, чувствовал приближение чего-то. Но чего? Что-то подсказывало ему, что надо вернутся в отряд. Он понял, что не следует так глупо рисковать, тем более, что амир его уже предупреждал об охоте, которую устроили на него.
В этой войне уже перестали вести бой. Тут шла охота - охота на людей. Вот и теперь жертвой выбрали его.
Проходя мимо дома, он незаметно посмотрел в окно. В стекле виднелось отражение снайпера, целившегося ему в голову. Всё решали доли секунд. Или ты, или тебя - таковы правила охоты. И результатом оказывается ловкость. Даже выигранная доля секунды может решить весь исход.
Осознав, что времени на раздумье уже нет, он резко отпрыгнул в сторону, покатившись к колодцу. Словно тенью по земле прошла автоматная очередь.
- Неужели это засада? - промелькнуло молнией в голове. - Их тут, наверное, человек пять, не меньше. Как ты мог так глупо оказаться на прицеле? - упрекая себя, он старался найти выход. - Да и чем мне отбиваться? Ножом и пистолетом? - продолжал он.
- Стас, он за колодцем, я видел его, - крикнул один из солдат. û Он же один, без автомата, - словно насмехаясь над ним, продолжал говорить тот первый, с гнусным и неестественным голосом, будто говоря в платок.
Немного приподнявшись, он увидел, как двое побежали в сторону дома.
- Так, уже успех. Их двое, а не пятеро как я думал, - и словно ответом пуля просвистела над головой.
Резким движением он запрылнул в колодец. Очередь, как тень, не хотела отступать от него ни на шаг.
В колодце уже давно не было воды. Так, чисто символично, полтора-два метра на дне глубину составляло то, что называлось водой. Во время войны колодцем перестали пользоваться. Но он оставался выгодным местом прикрытия для тех, кто знал, что раньше, в мирное время, в его стене был сделан небольшой проём. Когда-то в нём держали продукты, так как холод колодца заменял холодильник.
Вот и теперь, вспомнив этот проём, в котором они прятались в детстве, а теперь ставший для него укрытием, он решил им воспользоваться.
- Стас, он прыгнул в колодец. Теперь вряд ли он сможет выбраться, - ошибочно наслаждался солдат. û Давай посмотрим, как он там тонуть будет, - раздался смех на колодцем.
- Твой смех, Макс, мне всегда напоминает крик сыча. Может поэтому тебя так и прозвали, - раздался сзади голос Стаса.
Подходя ближе, он заметил, как Макс как-то неестественно наклонился над колодцем.
- Ну где он там? û хлопнув по плечу Макса, над колодцем наклонился Стас.
Неожиданно, оттолкнув Стаса, Макс с хрипом стал отходить назад. Ноги, не слушаясь, словно на шарнирах, стали подкашиваться. Из горла струёй хлестала кровь.
- Ма-а-а-кс! û не поверив своим глазам, заорал Стас.
Взяв автомат, Стас с криком начал опустошать весь магазин в колодец, стреляя в нечто, что пугало его так. Он не верил, как такое могло произойти. Как? Как, человек, запрыгнувший в колодец, теперь смог всадить нож в горло Максу?
Опустошив весь магазин, Стас тяжело опустился и присел у колодца. Нервы взяли вверх, и он, словно малое дитя, навзрыд стал плакать. Он не верил увиденному, он не мог понять, как колодец смог «убить» Макса.
- Встал! Быстро! û раздался сзади чей-то голос. û Брось автомат! Не оборачивайся!
В затылок больно упёрлось дуло пистолета. Стас был в шоке. Он не верил в случившееся. Его предупреждали, что тот, на кого они охотятся, в любую секунду может обернуться тенью самого охотника, но он не знал, что всё сказанное об этом человеке, правда, без доли преувеличения.
- Ты... ты Тень? û всё ещё не веря в случившееся, дрожащим голосом спросил Стас.
- Нет, я твоя совесть, - усмехнувшись, ответил он.
- Теперь ты мне скажешь, когда и по какой дороге пройдёт колонна бронетехники. И не дай Аллах, если вдруг я не поверю твоим словам.
- Нет, я скажу правду. Только обещай... обещай, что ты меня отпустишь, - стараясь взглянуть в лицо Тени, незаметно поворачивался Стас.
- Не глупи, тебе не стоит смотреть на меня, - сказал он. Потом, чуть усмехнувшись, добавил û Ты хочешь посмотреть в глаза своей тени? А не испугаешься увиденного?
От этих слов Стасу стало жутко, словно он на самом деле говорил со своей тенью. Он почувствовал, как внутри стал пробирать холод. Как в глазах стало мутнеть от неясности и страха. Стараха перед неизвестностью. Теперь он понял, почему его все называли Тень. Находясь в бою с врагом, он словно становился его тенью, но исключение составляло то, что эта «тень» всегда опережала, будто вначале двигалась тень, а затем ты копировал её движения.
- Сегодня в три часа дня мимо ущелья проедет колонна.
- Сколько солдат и какая техника? û хмурясь, спрашивал Тень.
- Солдат будет, ну... ну человек 40-50.
- Ты забыл про технику, - холодным и «острым» голосом, словно лезвие ножа, продолжал Тень.

__________________
оттуда, откуда меня трудно достать. И войти туда могут только избранные. А для того чтобы быть избранным, нужно как минимум УМЕРЕТЬ.

Nohcho vu so

Там... там будут три БТР и... и три грузовика.
- А не врёшь? û больно нажав дулом на висок, спросил Тень.
- Нет. Нет, я сказал правду. Больше я не знаю, û дрожащим голосом уверял Стас. û А ты меня отпустишь? Ты же обещал, что не убьёшь. Ты же обещал.
- Ты ошибся. Я никогда не договариваюсь с ничтожеством. Но тебе я сделаю одно исключение, - продолжал Тень. û Ты сможешь увидеть того, кого так боишься и кого называют Тенью.
Обернувшись, Стас увидел высокого человека с широкими плечами. Перед ним стоял Тень. Стас смотрел на него с широко раскрытыми глазами, словно художник, который старается запомнить все детали, даже самые мелкие нюансы. На Стаса смотрела пара зелёных глаз. Нет, скорее на него смотрели не глаза человека, а глаза волка. Того волка, с которым Стас столкнулся в детстве, когда шёл в лес с дедушкой на охоту.
Дедушка предупреждал его, чтобы он не отходил далеко, но Стасу самому хотелось встретиться с волком, о котором рассказывали в деревне. Это был не просто волк. Это был матёрый волк, шкуру которого украшали шрамы. Не уродовавшие, а украшавшие и ставшие доказательством его неподчиняющегося характера и безстрашного нрава. В деревне он уже давно не появлялся, а теперь вдруг охотники стали рассказывать, что по ночам в лесу слышен пронзительный вой волка. Тот самый вой, от которого кровь в жилах леденеет, а по спине пробегают мурашки.
Старые охотники рассказывали, что однажды они наблюдали бой волка с медведем. Медведь очень сильно ранил волка, расцарапав ему бок. Но и это не смогло остановить разьярённого «властелина ночи». Отойдя назад, волк со всей яростью и дерзостью бросился на медведя, на животное, которое по размерам намного больше его самого. А результатом этой ярости стало загрызанное горло медведя. Волку тоже досталось. Охотники думали, что он не выживет, так как рана, нанесённая когтями медведя, была глубокой. Раненный бок на глазах багровел кровью. Но в глазах волка виднелась победа. Вот что вызвало уважение охотников к нему: дерзость и отсутствие страха перед соперником, превышающим его по размерам. Результатом стала заслуженная награда û признание стаи и уважение охотников.
И, не прислушавшись к дедушкиным наставлениям, Стас стал углублятся в лес, надеясь покорить того, для кого страха не существует. Ступая неслышно, Стас держал в руках охотничье ружьё дедушки. Вдруг в глубине леса, он услышал протяжный вой волка. От воя Стасу стало не по себе, как-будто он смог понять значение этого воя. Отходя, Стас подскользнулся и кубарем покатился вниз к реке. Приподнимаясь на руках, он вдруг услышал перед собой чьё-то дыхание. Медленно подняв голову, Стас столкнулся с тем, кого боялись даже охотники с немалым стажем: в глаза Стасу смотрели холодные и дерзские глаза волка.
До чего же была красивой эта пара серо-зелёных глаз. Красота, смешанная с безграничной храбростью и предупреждающим терпением. Столь красивые, и одновременно столь опасные, и так красноречиво предупреждающие о любом неверном движении.
Теперь ему казалось, что на него смотрит тот самый волк, словно вырвавшийся из детских кошмаров.
Стас почувствовал, как его ладони покрылись холодным потом. Язык стал ватным, а ноги стали кривиться в судороги. Он понимал, что никому не дано увидеть Тень, а тем более, после этого остаться в живых. И эта мысль убивала его.
- Тень никогда не оставляет свидетелей, û словно ответив на свой немой вопрос, сказал Стас с уже равнодушным голосом, будто подписывая свой приговор.
- Ты прав. Тень всегда остаётся тенью.
Во дворе раздался выстрел. Только один, но его было достаточно, чтобы Тень снова остался неувиденным никем.

__________________
оттуда, откуда меня трудно достать. И войти туда могут только избранные. А для того чтобы быть избранным, нужно как минимум УМЕРЕТЬ.

Nohcho vu so

Она сидела у окна, а за окном во всю бушевала вьюга. Порывы ветра стучались в стекло, словно прося её впустить их в дом. Мысли уносились вдаль, где не существует печали и расстований, где зима радует хлопьями снега. Ступая по только выпавшему, ещё не успевшему расстаять снегу, от хруста кажется, что вот оно чудо û ты снова вернулась в детство.
Беззаботное и вечно радостное детство. Как давно оно было, это детство.
Кажется, что прошла вечность, а может и так вся жизнь.
Теперь она вспоминала, как после школы часто с подругами прогуливалась по парку, как просыпаясь, с неописуемым восторгом, босиком ступая по холодному полу, подходила к окну встречать рассвет, словно каждое утро для неё было новым и неповторимым.
А теперь она пугалась этого каждого нового дня, словно новый день сулил ей новые опасения и неприятности.
В чём? В чём же она так жестоко провинилась, что лишилась самого незабываемого в своей жизни, что самое бесценное осталось для неё ненаступившем, обойдя стороной? Почему судьба так жестоко с ней обошлась, лишив её юнности? За что она теперь должна нести такое наказание? В чём её грех?
Но увы, эти вопросы всегда оставались безответными. И это её угнетало, делая всё мрачнее и печальнее.
На столе стояла свеча. Люди уже смирились с тем, что электричество приравнивалось к хорошим новостям û они оба бывали редко, но появившись, изчезали, сменяясь опасениями за приближение неизвестного, что пугало сильнее темноты.
Вот и теперь она с тоской смотрела на маленькое и такое лёгкое сияние свечи. От каждого её вздоха свеча приходила в движение, будто просыпаясь ото сна и пытаясь сорваться с места, сбежать от того, что удерживало её в блюдце.
В последнее время её любимым занятием стало долгое просиживание у свечи, и со стороны казалось, что они, обе такие хрупкие и беззащитные в этом бренном мире, искали друг у друга помощи, защиты. Она у свечи, словно рассказывая ей о своей несчастной судьбе, и свеча, смирившись, ожидающая конца догорающего фитиля.
Человек и свеча. Такие разные, но настолько схожие между собой два одиноких существа в этом жестоком и несправедливом мире. И человек и свеча борятся, зная, что всё равно не изменить конца, но борятся, лишь бы не быть раньше времени побеждёнными. Иногда тебе кажется, что твоя жизнь, подобно этому фитилю, только разгоревшись, уже тушится, что ты не успеваешь за этой жизнью, что времени катастрофически мало, и «фитиль» твоей жизни уже на исходе. Становится горько и обидно, что жизнь, как мгновение, обходит тебя стороной. И чем быстрее ты несёшься навстречу счастью, тем быстрее оно удаляется от тебя.
Не каждому дано понять, что жизнь, что этот «фитиль» есть тонкая ниточка между прошлым и будущим, между тьмой и светом, между забвением и вечностью. И как зажжёшь ты свой «фитиль», так и пройдёт твоя жизнь. А получив результат, вини только себя, если исход не оправдал твоих ожиданий. Значит, не тем путём ты проходил свою жизнь. Значит, жизнь твоя, как свеча, сгорела в погоне за миражом: за тем, что манит как сладкая мечта, а потом исчезает, оставляя наедине со своей совестью, а в ушах звучит горькое слово «расплата».
Маленькое пламя свечи, стараясь вырваться от оков фитиля, будто от силы, что удерживало её, наивно старалось согреть ей душу, стать родным, чего ей так не хватало. Но как же тщетны были усилия этой маленькой свечи, что старалась уберечь свою новую подругу.
Вот и теперь свеча, не выдержав, как-бы заворчала на неё. Ей показалось, что она упрекает её в слабости, в том, что она перестала надеяться на лучшее. Да и как надеяться на него, если вокруг так много предательства и низости, словно наступило время, когда самые худшие качества человеческого характера стали выходить наружу, будто стена, что придерживала их, рухнула как карточный дом. Как ей дальше жить в этом мире, если он, этот мир, каждый раз забирает у неё все самые прекрасные и неповторимые моменты жизни, словно злая колдунья обворовывает её по мгновеньям. Как жить так, если сердце и плоть поделены на части, где сердце, словно птица с «раненной душой», бьётся в кровь о стальные прутья, что с каждым ударом глубже вонзаются в грудь беззащитного существа, тем самым ускоряя конец её земным мукам.
Шипение свечи пробудило её, словно мысли, как умчавшиеся вдаль кони, стали медленно возвращаться назад. Нахмурившись, она взглянула на свечу. От чего же пламя стало то уменьшаться, то увеличиваться, будто играя с ней в унисон её дыханию?
Она только что почувствовала, что щёки стали сильно гореть. Неужели она так низко наклонилась, что не заметила как обожгла лицо? Нет. Она просто перестала ощущать слёзы, что обжигая, катились по щеке. Теперь, проведя ладнонью по лицу, она только что поняла, что вызвало шипение свечи. Пламя свечи не желало мириться со слезами, текущими тонкой змейкой по коже. Вот почему свеча прервала её мысленный полёт, не желая видеть слёз своей подруги.
Она вспомнила, как в детстве капризничая по вечерам, на неё часто кричали, запрещая грустить вечером в доме, говоря, что в это время суток грусть и слёзы приносят больше бед и неприятностей.

__________________
оттуда, откуда меня трудно достать. И войти туда могут только избранные. А для того чтобы быть избранным, нужно как минимум УМЕРЕТЬ.

Nohcho vu so

Встав, она пошла в ванную, где хотела умыть лицо холодной водой. Проходя мимо зеркала, что висело на стене возле двери, она мельком посмотрела в него, словно зная чьё отражение увидит там. Но увидив своё отражение, она вздрогнула. С зеркала на неё смотрела молодая девушка, лет чуть больше двадцати, с глазами старенькой женщины, красными от слёз и бесснонных ночей, с уставшим и печальным взглядом.
- И это я?! - не поверив увиденному, словно спрашивая саму себя, а скорее подтверждая увиденное, в сердцах сказала она.
Опустив голову, она прошла к умывальнику и умылась холодной водой. Она долго умывалась, сильно протирая лицо своими нежными руками, будто желая смыть всё самое тяжёлое и печальное, что камнем лежало на сердце.
Она второй раз прошла мимо зеркала, чуть дольше задержавшись возле него. Долго всматриваясь в зеркало, казалось, что она искала ту девушку, желая прогнать её раз и навсегда, но так и не найдя её, глубоко вздохнула, как-будто навсегда запирая глубоко в сердце свою печаль и горе.
Незаметно кивнув своим мыслям и принятому решению, она снова вошла в комнату, где теперь её встретила свеча, спокойно догоравшая свой путь.
Свеча выполнила свой долг. Она не оставила её, когда та так нуждалась в ней. И, словно желая отплатить добром за добро, она поднесла свечу к губам и, дунув, погасила фитиль, словно не желая видеть конец своей верной «подруги», тем самым победив судьбу.
Пусть эта победа будет маленькой и незначительной для неё, но столь важной для свечи. Пусть это будет маленькой победой свечи над судьбой. Но зато она станет первой победой. Она даст начало всем остальным. И пусть она вселит ей надежду, а главное, силы и веру в будущее. Ей, которую судьба не баловала удачами. Ей, которую судьба не одарила незабываемой юнностью. И, наконец, той, которую та же самая злая колдунья-судьба всегда проверяла на стойкость, посылая столько лишений, при этом осыпая градом мелких, но нескончаемых проблем.
Крепкий сон быстро унёс её вдаль. Во сне ей снились двор и подруги, её «первое сентября», когда мама, крепко обняв, сказала, что теперь она уже школьница и, утерев слёзы маленькой девочки, с улыбкой посмотрела ей в глаза. Ей снились самые лучшие моменты её жизни, которые можно было сосчитать по пальцам. Их было мало. Но они были! И она хранила их глубоко в сердце, словно то было её скоровище, её богатство, которое она берегла от всех и всего. И во сне она им улыбалась. Её сон напоминал сон младенца, словно ангелы оберегали её покой, унося на крыльях далеко-далеко, в детство.
Но это был всего лишь сон. Глубокий сон, ставший успокоением для неё от всего того, что она пережила за последнее время.
Ничто не вечно на этой земле и всему приходит конец. Что же принесёт ей завтрашний день? Но это будет завтра. Это будут новые силы и это будет новый день.
А сейчас она «возвратилась» в детство, где нет ужасов и реалий войны. И пусть силы, словно волшебство сказочного и чистого детства, станут маленьким огоньком в душе обиженного судьбой человека. Пусть жизнь перестанет проверять её на стойкость. Пусть в глазах снова появится маленькой огонёк надежды, как у той озарной девочки со смешными косичками, чьи глаза были бездонным океаном чистоты и наивности, незнавшие жестоких ударов судьбы и горечи лишений.

__________________
оттуда, откуда меня трудно достать. И войти туда могут только избранные. А для того чтобы быть избранным, нужно как минимум УМЕРЕТЬ.

Nohcho vu so

Так прошло лето, за ним наступила осень. Молодняк уже подрос. Непокорный стал молодым и красивым волком, но его нрав часто приводил к ссорам с остальными волками. Они хотели подчинить Непокорного себе, тем самым негласно став на ступеньку выше него. И каждый раз при ссоре, Дерзкий внимательно следил за исходом. И если кто-то старался заступиться или вмешаться, чтобы разнять, вожак пресякал вмешательство недовольным рычанием, давая понять, что ссорившиеся должны разобраться между собой сами, без чьей-либо помощи.
Непокорный не старался доказать этими ссорами отцу, что сильнее остальных волков в стае. Он просто не хотел подчиняться и быть покорённым. Это также понимал и Дерзкий, поэтому и не вмешивался.
Однажды, после окончания одной из таких попыток подчинения Непокорного, к Дерзкому подошёл его брат.
- Ты таким образом готовишь сына себе на замену? û спросил он, посмотрев в глаза брату.
- Нет. Меня заменит достойный, û ответил Дерзкий, û и не важно, если вожаком не станет мой сын. Ты знаешь сам, вожаком становятся не по чьему-то хотению, а после решающего боя, û ответил он, бросив сердитый взгляд на своего брата.
Нет, Дерзкий не намекал ему о том, как его брат много лет назад отступил в решающем бое с гиенами, объединившись с «проклятыми». Этот бой также помнил и брат. Именно после этого боя стая решила выбрать вожаком Дерзкого.
Это был на самом деле сложный и беспощадный бой. Гиен было много, а противостоять им пришлось молодым волкам, среди которых был Дерзкий, и старому вожаку стаи. После этого боя молодой волк стал вожаком, так как предыдущий вожак погиб в битве, а все остальные волки не были против Дерзкого, как следующего вожака. Бой принёс ему лидерство, но и оставил ему своё напоминание на боку в виде глубоких шрамов и разорванного уха.
Во время боя его брат трусливо сбежал, бросив их в бою с гиенами. Дерзкий не простил трусости своему брату. Став вожаком, он долго не пускал его в стаю. Но с годами смягчился, узнав, что брата ранили охотники и теперь ему одному просто не выжить.
Вот и теперь он говорил именно о таком бое. О бое, где новое лидерство решает исход, если вожак уже не молодой или погиб. Он чувствовал, что его сыну будет сложнее: много у Непокорного соперников, да и дядя тоже стал метить в лидерство стаи. Никто, даже Непокорный, не знал о том, что брат Дерзкого решил заручится поддержкой «проклятых». Всё должно было решиться в эту зиму.
Однажды, когда Дерзкий в очередной раз на зиму вёл стаю через ущелье, его брат стал как-то странно себя вести: то отставал, то на несколько дней пропадал куда-то. Опыт и интуиция, отточенные годами до совершенства, подсказывали, что впереди стаю будет ожидать неприятность. И с ней будет как-то связан его брат.
Переходя через горы, Дерзкий решил сделать перевал и отдохнуть. Но сердце вожака тревожно подсказывало, что эта зима станет решающей для него, а возможно, и последней в его жизни...

__________________
оттуда, откуда меня трудно достать. И войти туда могут только избранные. А для того чтобы быть избранным, нужно как минимум УМЕРЕТЬ.